Мама года, или Замуж за гада

 – банка была не такой большой, чтобы вместить сразу пять порций, поэтому Эрика делала коктейль два раза, отмеряя все на глаз.

Ее ассистенты огромными глазищами смотрели, как она вообще без ничего отливает ликер и текилу, а после глянули уже друг на друга, с тяжелым, завистливым вздохом продолжив выверять пропорции на каждый бокал отдельно. Разумеется, провозились они гораздо дольше.

– Ну что, пробуем? Ах да, у Тариэлина и Шадоа один бокал на двоих. – эльф и полукровка вперились взглядами в учителя.

– Вы пытаетесь нас примерить? – с оскорбленным возмущением спросил Тариэлин, выхватывая бокал из рук стоящего рядом Шадоа.

Дамб фыркнула и отрицательно мотнула головой.

– Я опасаюсь того, что случится, если вам в голову ударит алкоголь. – возразить на это нечего, эльф сурово выпил свою половину, даже не чувствуя вкуса, только солоноватость с ярким лаймовым запахом осела во рту в конце.

Шадоа скрипнул зубами и забрал бокал обратно, сердито зыркнув на Тариэлина – половина оставленного ему чистый лед.

Видно же, что сволочной эльф просто выжрал свою часть, как голодная свинья, не распробовав толком. И теперь ему, Шадоа, достается уже порядком разбавленная подтаявшим льдом Маргарита.

Эрика села за свой стол, ее было почти не видно из-за стоящих там корзин с продуктами и бутылками. Пока ученики смаковали Маргариту и делали пометки в конспектах, она уже думала о том, что приготовить дальше.

Все мысли упирались в молочные коктейли, не те, детсадовские, где достаточно закинуть в молоко сахарок и, например, перетертую клубнику, а что-то посложнее.

Голова неприятно гудела, Дамб повертела в руках лишний, двадцатый бокал, и сняла с кромки дольку лайма, надкусывая.

Вкусненько, но грустненько.

Сейчас бы пельмени со сметаной или борщ, ну хотя бы пирожок с капустой. Глянула на время – а уже обед давно.

– Перерыв полчаса и позовите кого-нибудь из слуг убрать грязную посуду. – коротко сказала она, гоняя в голове голодные мысли.

Ученики обрадовались обеденному перерыву и ушли в столовую на запоздалый обед. Только Тариэлин все еще копошился возле своего стола.

Эрика расслабленно откинулась в своем стуле, больше походящем на кресло, и прикрыла глаза.

Оливье, окрошка, шашлык… Чего еще нет в этом мире? Горчицы?

Желудок недовольно проскулил, напоминая, что и она сама давно не ела. На часах было три тридцать.

Во сколько она там завтракала? В девять или в восемь? А, неважно. Давно.