От любви до ненависти и обратно

А еще характер у Греты в мать пошел. Холодная и горделивая. Если бы не этот пугающий норов, король, может, сам на ней женился. Отказать бы все равно не посмела. Но больной мужчина боялся пускать на трон колдунью, с которой в жизни не справится.

К слову, силы у Греты оказалось даже больше, чем у герцога. Отец этому радовался, вассалы короля шарахались. Может, еще поэтому к ней никто с замужеством не приставал и тем, что руководит огромными территориями, рудниками и поставками, не возмущался. Шуточки вот только король во хмелю придумывал.

Но что с него взять? Полудохлая кукла, крепко вцепившаяся в ускользающую власть.

Она подождала еще немного и, когда услышала приглашение мужчинам пройти на стрельбище, осторожно удалилась. Звали мужчин, значит, ей следовать не обязательно. Грета поспешила вернуться домой, чтобы узнать, что там у отца случилось, раз он отправил ее на это дурацкое представление вместо себя. И ведь знает, что терпеть не может ходить во дворец. Хмурое здание с темным прошлым и безрадостным будущим.

Когда вошла в особняк, услышала, как родители ругаются. Такого не случалось уже много лет. Пожалуй, со дня казни оборотней Стейнмунн.

В тот день Вилма настаивала послать на поиски Верна дядю Фелана. Говорила, что граф точно найдет нечестивого и вернет в королевский суд. Отец отчего-то противился. Грета тогда думала, ему жалко мальчика. Но спустя годы размышляя над этим, пришла к выводу: отец не хотел, чтобы Верна поймали, по другой причине.

Было нечто, чего ей не рассказывали. Что-то темное в прошлом оборотней. Боялись потревожить это маги. Потому схватить Верна ее отец не торопился.

Никогда герцог с ней об этом не разговаривал. Когда Грета подросла и сама начала спрашивать – уходил от ответа. Порой и ругнуться мог. Потому она решила не бередить эту рану и больше о Верне не вспоминала.

Теперь они снова ругались. Мать говорила, что отец не должен ехать. Что предвещает горе эта дорога и видение нехорошее богами послано.

Реки крови по зеленым лугам запада.

“Куда же отец собрался? – спросила себя Грета и остановилась возле дверей, где они скандалили. – На запад? Что там на западе?”

– Заходи, Грета, – крикнул отец. – Герцогини не подслушивают.

Она вошла осторожно и поразилась лицу матери. Обычно собранная и по всем правилам вылощенная, сейчас жрица была измотана. Косы растрепаны, лицо белое с кругами под глазами темными. Переживала мать, предчувствие ее мучило.