Pandemonium Трип

– Я верю, что мы справимся! Вы справитесь! Вы никогда не подводили! Сделайте всё возможное! – не выдерживая напряжения, фактически в приказном тоне, произнесла Корнелия.

Мальчика извлекли путём кесарева сечения. Он был крупным, но подозрительно спокойным. Его реакции не соответствовали норме.

При первом осмотре, Лусид заметил, что с младенцем что-то не то, но сам он, владея опытом, охватывающим несколько поколений, не мог понять, что именно его смущает. Помимо череды вопросов относительно возникших обстоятельств, доктор задавался одним странным вопросом, обращённым к самому себе.

«Что со мной происходит?» повторял он снова и снова у себя в уме. Ему казалось, что в тот момент он не до конца принадлежал самому себе, и какая-то неизвестная сила руководила его действиями. Пытаясь ответить на несколько укоризненные, но справедливые вопросы Корнелии, он суетно и немного скомкано выражал свою точку зрения:

– Что-то с его головой. Нетипично. Не скажу, что имеется проблема. Что-то с моей головой.

Очевидно, усталость. Нужно исследовать мальчонку. Череп. Что-то не так. Родничок. Двойной. Даже не в этом дело. Да, нужно смотреть. Только так. Доктор Виридис разберётся. Мне пора на покой.

Обеспокоенность доктора и высказанные им предположения звучали как смертный приговор благополучию, за которое точилась многолетняя борьба между Корнелией и самой судьбой. Отказываясь принимать действительность, она выбежала в больничный коридор. Женщина боялась, что окружающие её люди станут свидетелями истерики, которая брала над ней верх и грозила вырваться наружу.

С детства в ней сидела установка, что никто и никогда не должен видеть её слабость.

В конце коридора, у окна, показался мрачный тёмный силуэт, который сразу же угрожающе направился в её сторону. Грузными короткими шагами, к ней приближалась тучная медсестра.

– Ну, как? – спросила она.

– Всё плохо. – пытаясь казаться спокойной, ответила Корнелия.

– Отклонения?

– Да.

– Нежилец?

– Нет, жить будет. Но какой в этом смысл?

Приблизившись на расстояние, достаточное для того, чтобы между ними состоялся деликатный и доверительный диалог, тучная медсестра вкрадчиво прошептала:

– Тут есть мальчик-отказник.

Родился сегодня. Не ребёнок, а мечта – идеален во всём. Сама бы его забрала, но ты же знаешь, что под моим присмотром всякая прелесть превращается в дерьмо.

Сама не понимая зачем, Корнелия продолжала её слушать.

– А ведь кто-то был в шаге от такой удачи.