Господа Игры, том 1

 – Разве правильность вычислений зависит от марки калькулятора?

– Если человек, который натравил на меня некроса, обладает хотя бы сотой долей логического мышления сэра ?т Хоофта, – попыталась объяснить Тайра, – то он меня уже вычислил. У Ксандера Дарнелла, кроме меня, в Торфиорде знакомых студенток нет. То, что он принял вызов вместо меня, как раз и свидетельствует о том, что я некромантесса.

– А что за вызов?

– Моей подруге…

Сэр Котца удивленно посмотрел на Тайру.

– Ну да, сэр, подруге, я так и сказала.

– Это та, с которой ты подралась в первый же день?

– Она самая. Ей остановили сердце. Заклинание простое, не особо красивое, но суть не в этом. Если следовать логике партии, то вернуть ее должна была я, но вместо меня это сделал Ксандер.

– А ты уверена, что твою подругу выбрали специально?

– Нет, сэр, не уверена. Это мог быть кто угодно другой, но никто из моей группы, кроме Ави, не любит торчать на двадцатиградусном морозе, так что она оказалась самой удачной мишенью.

– А если же заказчик не обладает логическим мышлением, то, надо полагать, будет вторая попытка? – предположил сэр Котца.

– Вполне возможно, – вздохнула Тайра.

– Если ты хочешь узнать мое мнение, то любой наемник должен предоставить явные доказательства выполненной работы, поэтому то, что Александр Дарнелл прикрыл тебя – это лишь косвенное доказательство, и оно не годится. До тех пор, пока ты не проявишь себя сама, твоим подругам житья не будет, – и он засмеялся. – Хорошо сказал, однако!

Тайра против воли улыбнулась.

– И что мне делать, сэр?

– Давай расскажу еще одну притчу, – предложил монах. – А то тут все такие умные, знают всяких историй в сто раз больше меня, некому и рассказать… Так вот, раз уж мы говорим об охоте… Один раджа однажды прослышал о том, что в его владениях поселилась птица, парящая выше облаков, с опереньем, подобным солнцу. Он вызвал своих охотников и приказал поймать эту птицу. Многие охотники приходили к радже с добычей, но никто не принес ему желанной птицы, и ни разу ни охотник, ни его добыча не покинули дворца.

Всем им отрубали головы. И вот однажды к радже на балкон опустилась та самая волшебная птица, что парила выше облаков, с опереньем, подобным солнцу… И сказала: «Многих моих сородичей истребил ты, жестокий раджа, многие люди погибли ни за что, и вот я устала смотреть на твои дела, и вот я здесь». Обрадовался раджа, что наконец-то увидел волшебную птицу, и подошел, предлагая ей свою руку.