Господа Игры, том 1

Двери приемной Первого проректора были добротными, но без какой-либо фигурной резьбы. В приемной стояли два больших кресла и массивный диван, из-за размера которого секретарский стол да и сама и без того тоненькая, с широко распахнутыми глазами лани референтка Гудрун выглядели еще меньше.

Горан уверенно вошел в приемную, поздоровался с секретаршей, и она тут же выпорхнула из-за стола в кабинет начальницы. Когда она выскользнула из двери – Тайра заметила, что девушка открывала дверь лишь настолько, чтобы пройти между ней и косяком, – и жестом пригласила их внутрь, Горан кивнул ей в ответ и вошел, поманив Тайру за собой.

Кабинет был большим, приблизительно таким же, как и ректорский в Ишанкаре. Два огромных окна были завешены темными тяжелыми портьерами, так что внутри сохранялся полумрак. По центру между окон располагался огромный старинный стол – Тайра могла бы поместиться на нем в длину – и такое же старинное кресло с высокой спинкой. Перед столом был раскинут ковер в коричневых тонах, с другого края которого стоял небольшой диванчик, два кресла и низкий журнальный столик на резных ножках.

Стены кабинета занимали книжные полки высотой почти до потолка, и Тайра рассмотрела на них большое количество книг на иностранных языках, словарей и грамматических справочников. Многие из этих книг в Ишанкаре были ей пока недоступны, Библиотекари считали их ценностью и раритетом, а у Гудрун они спокойно стояли на полках в кабинете, который ночью даже не охранялся. Ей вспомнилось, как Сэл рассказывал, что Гудрун Свенсон знает шанкари, и она заставила себя оторваться от разглядывания шкафов, чтобы не начать искать корешки со знакомыми знаками.

Госпожа Свенсон стояла возле приоткрытого окна и курила, четким движением пальцев сбрасывая пепел в бронзовую пепельницу. Она была одного возраста с Эстер, но, в отличие от ишанкарской пышки, была стройной и подтянутой. На ней был лаконичный деловой костюм, короткие волосы ее были уложены в строгую прическу, ногти были аккуратно подстрижены.

Сильным магом, как и все лигийцы, Гудрун не была, но излучала силу и власть. Тайра выдержала взгляд ее серых, холодных и острых как лезвия глаз и поняла, что Эстер недаром предупредила ее о том, что с Гудрун шутки плохи.

– Это она? – спросила Гудрун, обращаясь к Горану.

– Она, – Горан чуть улыбнулся.

Видимо, приветствие в данном случае было необязательным.

– Вы не слишком похожи.

– К счастью, это так.

– Все шутишь, – строго произнесла Гудрун.