Господа Игры, том 1

 – Я тебя кое-чему научу, только Йену пока не говори. Ничего плохого, но он будет против, опять же, пока.

– А когда он будет не против?

– Когда ты будешь засыпать на ходу или падать в обмороки без сил. Но мы постараемся до этого не доводить. Хоть иногда высыпаться сможешь. Я научу тебя, как можно замедлить время. Но делать это тебе, смертной, можно лишь в крайних случаях, когда без этого будет не обойтись. А почему?

– Потому что играть со временем опасно, и потому что за время мы платим годами жизни, – голосом пономаря произнесла Тайра сотню раз слышанную от Гиварша фразу.

– Именно. Каждый раз, как ты касаешься ткани времен, ты стареешь. Если делать это не злоупотребляя и только по крайней необходимости, то старение не так заметно. Да и вообще, если уж говорить откровенно, система времени гармонична и сбалансирована, поэтому рано или поздно все приходит в норму. Восстанавливается баланс между твоим новым состоянием и обычным течением времени. Поэтому лично я ничего страшного тут не вижу. Опять-таки, повторяю, если подходить к этому с умом.

– Понятно, давай к сути.

– Что, глазки загорелись? А я еще не сказал, что потребую взамен этой бесценной информации.

– Я на твои требования нажалуюсь сэру хет Хоофту.

– Ладно, ничья, – Морис обольстительно улыбнулся и продолжил. – Время замедляется или останавливается в строго установленных тобой пределах, ты же продолжаешь функционировать в том же режиме, как и обычно.

– Как у джедаев! Но тогда почему я старею?

– У джеда-а-аев! – передразнил ее Морис.

 – Стареешь ты потому, что постэффект не всегда логичен. Он, пока на тебе отразится, преломляется о многие другие факторы. Мы пока не нашли как с этим бороться, поэтому прими это как факт. Так как мироздание сильнее тебя, повернуть время назад ты не сможешь, только замедлить или остановить на какой-то незначительный в мировом смысле промежуток. Но перед этим ты проводишь строжайший расчет, чтобы не дай бог не ошибиться ни на единицу. Поняла?

– Поняла. Где формулы?

– Раз ты у нас теперь специалист по семиотике, – он не удержался и почти презрительно улыбнулся, скривившись на один бок, – скажи мне, что такое Ииса?

– Руна льда, остановки и промедления, – без запинки ответила Тайра.

– Отлично. Мы используем крипту Иисы, вкладывая в этот символ определенную последовательность заранее рассчитанных заклинаний, поэтому из одной руны это становится криптограммой.

– Я знаю про криптограммы.

– Тогда с вводной частью покончено.