В прошлой жизни я была мужчиной

То есть снаружи это выглядит как «Улыбаемся и машем, парни! Улыбаемся и машем!» Стоит ли поэтому удивляться, что отдельные из моих знакомых вообще не находят нужным церемониться и опрокидывают свой горячий борщ на мои нежные коленки в полной уверенности, что и так сойдёт? А чего ты, спрашивается, хотела!

Ну не станешь же каждому объяснять, что это только доспехи, а под ними… Ладно, фиг с вами. Железная так железная! Тащите свой борщ, я уже запаслась медикаментами.

Эталонный русский интеллигент почил в бозе вместе с великолепным Дмитрием Сергеевичем Лихачёвым, сегодняшний может называться интеллигентом с существенными оговорками.

Обсцен перестал быть девиацией, язык тела также претерпел изменения, и сегодня, когда со мной случается очередная пакость, я даю себе пять минут на пережить, сутки на собраться и мысленно вскидываю средний палец: не дождётесь!

В конце концов, везёт тому, кто везёт, а кто везёт, на том и едут. Не то чтобы так уж нравилось быть лошадью, но всё же лучше, чем свиньёй или овцой (я сейчас о людях).

Спасибо тем немногим, кто ещё помнит, что такое кнут, и всё-таки щадит мою нежную кожу.

И, кстати, избегаю выяснения отношений: отношения либо есть, и тогда их следует принять такими, как есть, разгребая проблемы по мере поступления. Либо отношений нет, и тогда выяснять что-либо уже поздно: уходя – уходи.

Так что, знаешь, всё-таки не стоит рассказывать мне о твоих любовных похождениях: мужчина в моей голове тебя, конечно, поймёт и даже, вероятно, за тебя порадуется – но встанет и уйдёт вместе со мной.

Фсё! (звучит ария Каварадосси).

Любовь с нечистой совестью

Вы ещё краснеете? Я – нет! Мне нечего стесняться. Я застала ещё те времена, когда женщина в брюках – это было смело. Можно сказать, даже дерзко. Шёпоток за спиной: «Она носит брюки!» – было равносильно чёрной метке: да от этой женщины можно ожидать всего что угодно!

Правда, я тогда была ещё совсем маленькая, но отчётливо помню, что юбки всех знакомых тётенек (в том числе весьма корпулентных) начинались примерно на уровне моей макушки.

Лет двадцать спустя свекровь моей подружки попеняла ей за длину юбки, которая была на ширину ладони выше колена – дескать, не пристало замужней женщине такое непотребство. Класть палец в рот той подружке не стоило, ибо вместо ответа она предъявила свекрови семейный альбом, в котором сия последняя фигурировала в ультра-мини с будущим мужем первой на руках.