Больше, чем враги

Будь он в действительности моим любовником, Док, никаких денег бы Лютый не увидел. Но я даже не уверена, что Марк приедет еще раз.

– Приедет, – заявил Питерс. – Отношения у вас двоих, конечно, странные, простому человеку вроде меня и запутаться недолго. Но что-то мне подсказывает, что Марк Грен не прочь еще разок проверить, так ли противны твои поцелуи.

Я вспыхнула. Ну к чему напоминать мне о том, что я так старательно выбрасывала из головы? Все-таки поцелуи, как и случившееся после них, были исключительно по моей инициативе.

И это не могло не смущать.

– Я все-таки женщина, Док. Мне надо, чтобы меня добивались, а не проверяли, смогут пережить мои поцелуи или нет.

– Женщина, говоришь? Хорошо, что ты об этом вспомнила, Дамочка.

И не поясняя значения своей фразы, отвернулся, чтобы набрать воды в чайник и поставить его на огонь.

– Док, – тихо позвала я. – Док, вы ведь не уйдете? Я здесь без вас совсем рехнусь. У меня только вы есть да еще вот Мышка.

Берта и Нетка – они хорошие, только с ними мне говорить совсем не о чем. Я не понимаю их, а они – меня. И с Мышкой-то не всегда получается, а уж с ними…

И я махнула рукой, а затем, отвернувшись, незаметно вытерла глаза. Действительно, Док был единственным во всем лагере человеком, которому я многое могла рассказать. К примеру, о том, что произошло между Марком и мною, я подружкам и словом не обмолвилась. Просто сказала, что приезжал знакомый из столицы, человек важный и влиятельный.

И Берта, и Нетка информацией удовлетворились, а Мышка бросила на меня встревоженный взгляд, но промолчала.

Питерс неловко погладил меня по спине.

– Да куда ж я отсюда денусь? Знаешь, Дамочка, я, когда сюда наниматься приехал, молодой был, горячий. Думал, буду проводить душеспасительные беседы с преступницами, наставлять их на путь истинный. Как ты можешь догадаться, демона лысого у меня получилось.

– Но вы не ушли.

– Нет, не ушел. Понял, что здесь я нужнее, чем где-либо еще.

Сама понимаешь, не будь меня, Лютый с дружками уже не один десяток девок бы на лагерный погост отправили. Андерс о развлечениях охраны знает, но смотрит на них сквозь пальцы. Пока его псы ему верны, им ничего не угрожает. У начальника нашего свои причуды. Ему тоже нравиться унижать тех, кто зависит от него. И для этого Андерсу вовсе нет нужды хвататься за кнут. Ему важно чувствовать не боль жертвы, а свою власть над ней.