Тардрагон. Созданные смертью

Королева делала так, когда сомневалась в чём-то. Наклон головы вправо – излюбленный жест девушки.

– Ну-у… по идее должен быть Милоне, – произнесла я, качая головой. – Он внук Фергуса. Сын его дочери Лилиан.

Вивьен вздрогнула. Её веки резко поднялись, и показалось, что и без того большие глаза увеличились в размерах. Девушка прикоснулась пальцами к полуоткрытому рту, а после быстро отвела взгляд в сторону. Не в силах контролировать эмоции, я прищурилась. Она что-то знала. Это я заметила по её бегающему взгляду.

Наступила моя очередь сомневаться в искренности девушки. Я погасила свой огонёк – света Вивьен хватало вполне – и, сложив руки на груди, наклонилась вбок. Что теперь скажет молодая королева?

– Папа рассказывал однажды про свою первую любовь, – с нежностью тихо произнесла королева. Она улыбнулась, и я невольно последовала её примеру, вспоминая мудрого и справедливого короля Грегора. – Он говорил, что дорожил ею больше жизни, но не мог быть с ней из-за… – её голос дрогнул, – большой пропасти, которая образовалась между ними.

«Пропасть».

Он король, а она дочка профессора. Та ещё пропасть.

– Поэтому папа выбрал в жёны Фрейю из Дома Кремеров, – пояснила Вивьен. Её улыбка стала слишком грустной.

– Твоя мама была прекрасной королевой, – мой голос потонул в тяжёлом вздохе королевы.

Я редко утешала кого-то, и сама практически не получала поддержки. Считала всегда, что слова ничего не значили, когда дело касалось душевной раны, образовавшейся в том месте, где ещё недавно тлели тёплые воспоминания.

Но сейчас вдруг захотелось что-то сказать, выразить сочуствие. Королева Фрейя действительно восхищала добротой и открытостью. Им с королем Грегором посчастливилось однажды найти друг друга.

– Ты думаешь, Лилиан и есть первая любовь покойного короля? – обратилась я к Вивьен.

– Я не думаю, – она загадочно улыбнулась, – я знаю.

Вот же маленькая хитрюга.

– Папа говорил, что любовь всей его жизни звали Лилиан. Теперь не сложно догадаться о её происхождении, и о бездне, что разверзлась между ними.

Я кивнула.

«Орион нашёл цель», – прозвучало у меня голове.

Хелена использовала магическую связь через аметист, чтобы сообщить о ходе дела. Этот камень издревле считался наилучшим средством для передачи информации. Аметист позволял мысленно соединяться с людьми на любом расстоянии. Это выяснили ещё древние маги, в честь которых названы наши королевства.

«Прости, по привычке», – извинилась Хелена.