В плену сердца

Но если это так, почему тогда он буквально нос воротит от твоих вызывающих предложений? Да и ещё в комнате тебя держит? Я ведь правильно поняла? Он тебя запер в четырёх стенах за что-то? Ни с кем из других шлюх он так не делал, также как и никому никогда не позволял себя вести в общении с ним подобным образом, каким делаешь это ты. С тобой он сам не свой. Так поведай же мне, Лина, что же в тебе такого особенного, чего не было в других, что заставляет Адама вести себя так странно? – слегка наклонившись вперёд, спрашивает Сара.

Ух… если бы её голосом можно было отравлять, я бы уже давно корчилась в предсмертных конвульсиях.

– Богатый внутренний мир, – забавляясь её нескрываемой завистью, отвечаю на «отвяжись».

С кем с кем, а с ней обсуждать свою особенность я точно не собираюсь, как и отвечать на все остальные вопросы.

– Ну, разумеется, – не удовлетворившись ответом, покачивает головой она. – Грязная, невежественная плебейка, которую не замаскировать в тебе даже самой дорогой одеждой, безусловно, может поразить такого мужчину, как он.

Ох, Сарита, а мне-то как смешно… стало… как только мне удалось спрятать свою истерзанную Адамом душу за защитными стенами.

– Смешно, не смешно, но, как видишь, может, – проговариваю ровным тоном.

Её слова меня нисколько не коробят. В то время как моё спокойствие лишь добавляет пороха к её неприязни ко мне.

– Да, вижу я, как ты можешь. – Она спускает взгляд к моим бёдрам.

– Так, подожди! Я что, пропустила момент, когда спрашивала у тебя, что мне следует делать? Вроде бы нет. Не нравится – не смотри или пересядь куда-нибудь. В самолёте места много. Мне же и так вполне комфортно. Мы – плебейки – сидим только так, как нам удобно, а не так, как того требует этикет, рубишь фишку? – наигранно проговариваю я и вальяжно откидываюсь на удобную спинку кресла, даже не планируя выполнять требование мымры.

Однако очень жаль, что буквально через минуту сдвинуть ноги всё-таки приходится, дабы не проявить нечаянно свои красоты перед милым Роджером. Адам точно прибьёт и меня, и бедного паренька, если узнает, что ему повезло что-то разглядеть у меня под платьем.

– Спасибо большое, – благодарю любезно улыбающегося стюарда, после того как он ставит передо мной поднос с множеством еды.