Закрытый Мир: Рубиновое ожерелье

– А т-ты? – я повернулась к Джонсу, который наблюдал за мной возле двери. – Ты будешь со мной спать?

По комнате разлился мягкий, снисходительный смех парня, от которого я залилась краской.

– Я не против, – тут же ответил он. – Но не думаю, что таким образом ты выспишься.

От чего я покраснела еще больше, отвернувшись и рассматривая свои пальцы.

– Ну чего ты? – Джонс в долю секунды оказался рядом. – Я пошутил. – Его губы мягко коснулись моего лба, и меня обдало его запахом. Да, это мой Джонс. Мне так хотелось дотронуться до него, почувствовать его кожу, его тело под своей рукой, убедиться, что он реален.

Но я так и не решилась, пока его рука нежно прошлась по моей руке от плеча к запястью. Закрыв глаза, я наслаждалась ощущениями: он близко, он рядом. И от этого хочется закричать на весь мир, что он жив.

– Спокойной ночи, – тихо прошептали его губы. – Спи спокойно, никто не потревожит твой сон. Я позабочусь об этом. И помни: я не причиню тебе боли.

Еще один поцелуй его холодных губ – и в комнате остался только его запах.

– Ты уже это сделал, – сказала я в пустоту. – Больше не уходи.

Глава 11

Иногда жизнь преподносит неожиданные сюрпризы. Никогда не любила сюрпризы и на этот раз не знаю, радоваться мне или плакать, парить от счастья или съеживаться от страха. Что происходит? Неужели жизнь на самом деле не такая, как я думала на протяжении семнадцати лет? Неужели все легенды правдивы и в мире есть такие существа, как вампиры? Я до сих пор не могу прийти в себя от этой мыли, пелена спала с глаз, и что будет дальше? А Джонс?

Мне месяц понадобился на то, чтобы хоть немного прийти в себя после его смерти, а, как оказалось, он жив и здоров.

Он был жив все это чертово время, а я страдала, я плакала, я пыталась закончить свое существование, но мне не давали, а он все время спокойно ходил по земле. Сердце снова сжалось от наступившей боли. Я все еще не верю, что он со мной, я с ним сегодня разговаривала? Нет, это просто сон, но я не хочу просыпаться. Реальность слишком жестока, она уничтожает, стирая в порошок, все чувства, все клетки.

Я сглотнула подступивший к горлу ком и со всей силы ущипнула себя. Боль пронзила руку, но ничего не произошло. Я все так же лежала на мягких подушках в абсолютной темноте комнаты родителей Джонса. Может, это все-таки реальность? Но от этого не становится легче, где-то слева, в груди, все так же сквозила боль, а слезы медленно катились по щекам.