Звезды из пепла

– Так что? – не выдерживая, повторяю вопрос.

– Серая мышка, которая делает все, что ей говорят другие? – шепчет он на расстоянии нескольких сантиметров.

Трестен задевает за больное. Он рвет струны воображаемой гитары, которую я упорно настраивала многие годы.

– Да как ты смеешь вообще?

Рука так и тянется залепить ему пощечину, но присутствие мамы и Абеля не дают. Клянусь, если бы никого не было на кухне, Трестен Райд получил бы.

– Попал в яблочко?

Он подмигивает мне и проходит мимо.

Теперь спектакль точно заканчивается. И начинается другой. Полный мести и ненависти.

– Трестен, подожди, – окликиваю его, когда он встает на первую ступеньку лестницы, – не споткнись ночью, светильник барахлит.

Я точно знаю, в какое время сегодня выключится свет на лестнице и кто покатится как снежный ком вниз. Захотел войны? Будет ему война.

– Вот идиот! – выдыхаю, когда Трестен скрывается на втором этаже, и мы остаемся втроем.

– Хороший мальчик, Бри, зачем ты так сразу?

«Если бы ты только слышала, мама».

Абель смеется. Ведь он стоял ближе, чем мама, и, похоже, разобрал слова Трестена.

– Мам, да он настоящий принц, как бы в тыкву не превратился к концу истории.

Я грозным взглядом осаживаю брата, беру со стола банку спрайта и решаю пойти к себе. С меня хватит на сегодня переживаний.

– Принц, если только снаружи, – отвечаю Абелю, – а в мозгах тыква.

– Ты поосторожнее с ним, гном. Меньше всего нам нужны ссоры.

– Я не собираюсь ни с кем ссориться, Абель, но пусть ведет себя вежливее.

Ухожу в комнату и запираюсь. Добро пожаловать в сказку, Бридли! В ту, где ты встретила наглого принца и тебя прозвали серой мышью.

Глава 10. Один страх на двоих

Трестен Райд

Сумка летит на кровать и приземляется мимо нее, громко падая на пол. Промахнулся. И не только с вещами, но и с жильем.

Поначалу мне было все равно, где жить и с кем, но после скандала разочарование отдает горечью на языке.

Это семейка эмоционально неуравновешенных. Все как на подбор: дядька с раздутым до небес эго, парень, у которого язык к земле прирос – не может защитить собственную мать, и… мышка.

Мышка со светлыми густыми волосами. Вцепилась своими мерцающими глазами в меня и не отводила взгляд весь вечер. Затылком чувствовал, как она сканирует каждое мое движение.

Я сожалею, что грубо обошелся с ней. Не стоило говорить в таком тоне, да еще и подобные слова.