Хакайна. Люди и Боги

Неужели этот чертов Муцухито до сих пор не отменил указ о запрете на ношение холодного оружия?

Тэкера не расставалась с катаной ни на минуту, даже несмотря на все эти законы. Своенравный характер просто не позволял ей отказаться от своих принципов и позволить каким-то выродкам диктовать здесь свои правила.

– Разве вам не известны законы? Ношение оружия строго запрещено и жестоко карается, – мужчина упер руки в бока, презрительно глядя на блондинку.

Прежде чем ответить, Тэкера сделала короткий, но глубокий вдох.

– Не вижу смысла тратить свое время на пояснение причин, по которым я не могу расстаться со своим оружием, – Тэкера с вызовом подняла глаза цвета льда. Как и обычно, они вызывали у противника ощущение, что его замораживают. – Для самурая меч – его душа. И от тела она отделится лишь с его смертью.

– В таком случае, я помогу тебе приблизиться к ней, – полицейский мгновенно обнажил оружие, занося его над головой.

Тэкера тут же встала в боевую стойку, так и провоцируя мужчину начать битву. Ее явно порадовала перспектива выместить на ком-либо всю накопившуюся злобу. И теперь уже плевать на последствия!

Сначала Адельстан было инстинктивно дернулся, намереваясь отразить удар, но тут же остановился. Тут же дала о себе знать маниакальная одержимость страданиями других людей. Именно они являются признаком достойной битвы.

Следя за приближающимся мечом, Тэкера предвкушающе ухмыльнулась, однако так не вовремя представшая глазам спина оттеснила ее от врага.

– Вижу, ты хорошо запомнила все, чему нас учил Сёин, – незнакомцу хватило и пары движений, и вот его противник повалился без сознания. Поворачиваться незнакомец не спешил.

«Этот голос».

Словно бы в подтверждение мыслям Тэкеры, говорящий стянул с головы шляпу и медленно развернулся. Он будто бы нарочно растягивал момент разоблачения.

Если изначально Тэкера и хотела возмутиться наглости незнакомца, то при виде его лица и тех же длинных, темных волос, которые одно время вызывали у нее зависть, девушку захватили прямо противоположные эмоции.

– Иссэй, – все, что она смогла сделать – так это пораженно выдохнуть его имя.

Маэбара Иссэй сдержанно улыбнулся, видимо довольный произведенным на подругу детства впечатлением.

– Как и прежде, за всеми вами глаз да глаз нужен, – самурай укоризненно покачал головой.