Под грифом «Любой ценой»

А что, должны же у наших чиновников из министерства жены отдыхать на хороших курортах, а дети ездить на достойных машинах?

– Ездить на дорогих тачках, – словно эхо повторил Глеб Васильевич, в глазах его блеснули слезы.

– Извините, если сказал что-то не так, – заволновался Курочкин.

На самом деле Сэм умышленно затронул эту тему. Он долго и тщательно планировал разговор. В его работе нельзя допускать ошибок. Он особенный человек, с особыми полномочиями, и в случае прокола ему придется тяжело. Любая спецслужба мира сочтет за огромную удачу заполучить в свои лапы секретного агента специального отдела ЦРУ.

Что по сравнению с ним Джеймс Бонд? Сценаристам даже не снилось, какие парни есть в великой Америке. Конечно, Сэму не дала природа той физической силы и доблести во взгляде, как отцу, бывшему «зеленому берету», – он пошел в мать, имевшую большую склонность к точным наукам и искусству. Зато ее интеллект и отцовская тяга к приключениям полностью воплотились в Алексе – так его звали после рождения. Потом он стал Рональдом, Майклом, Ричардом… Теперь вот – Сэм. Для его страны наступают тяжелые времена: имея огромный долг, она должна удержать свои позиции супердержавы. На фоне Китая и той же Индии делать это все сложнее. У Кейро тоже свой небольшой участок в этом огромном мире противоречий.

– Все равно, я не понимаю причины вашего интереса к моей персоне, – тихо сказал Глеб Васильевич.

– Что же. – Собираясь с мыслями, Курочкин прижал к губам салфетку, скомкал ее и бросил в тарелку. – Я – представитель крупного международного фонда, оказывающего помощь людям, которые по каким-то причинам не могут самореализоваться у себя в стране.

– Значит, вот оно что! – задумчиво пробормотал Глеб Васильевич.

– Как дела с сыном? – неожиданно сменил тему Курочкин.

Вести разговор в этом русле становилось опасно. Все должно быть дозированно.

– Он в коме, – опустил взгляд Глеб Васильевич.

– Что говорят врачи? – продолжал участливо расспрашивать Курочкин.

– Шансы мизерны, – вздохнул Тихонов.

 – Жена слегла. Но можно попытаться перевезти его в Израиль. Только… – Он вдруг сник.

– Что? – нахмурился Курочкин.

– Как минимум, нужно сорок тысяч долларов, – выдохнул Глеб Васильевич.

– В чем же вопрос? – сделал вид, будто не понял, Курочкин.

– Как раз в них, – зло ответил Глеб Васильевич. – Разве не понятно?

– Значит, я не зря сегодня попросил вас прийти сюда, – оживился Курочкин.

– Почему? – удивленно протянул Глеб Васильевич.