Под грифом «Любой ценой»

 – Что хотели? Насколько я в курсе, все обошлось?

– Да, – кивнул Глеб Васильевич. – Вернее, нет. Не совсем…

– Быстрее! – поторопил чиновник, теряя терпение.

– Он до сих пор в коме. Нужна операция. Очень сложная. – Глеб Васильевич втянул носом воздух. – Такую могут сделать только в Израиле.

– А я здесь при чем? – оторопел чиновник.

– Деньги мы найдем, – догадавшись, что насторожило чиновника, поспешил успокоить его Глеб Васильевич. – Но вот чтобы отвезти его туда, необходим специальный самолет. Такие есть в МЧС…

– Вы хотите, – ткнул себя в грудь чиновник, – чтобы я просил об этом министра?

– А кто? – опешил Глеб Васильевич.

– Помилуйте! – воскликнул чиновник. – У нас в России, слава богу, врачи есть. Нечего забивать себе голову, что за границей лучше. Я понимаю, когда что-то случается в Африке, и оттуда человека везут к нам. Но чтобы в Израиль, только из-за недоверия к отечественной медицине…

– Но сам главврач сказал…

– Он расписался в собственном бессилии? – склонил голову набок чиновник.

 – А-яй-яй!

– Но я прошу вас…

– Кто вы такой, чтобы сейчас поднимать вопрос о самолете? – неожиданно прищурился Анатолий Николаевич. – Средней руки инженеришка, который тянул из бюджета деньги на дорогостоящий проект, а в результате…

– Что? – не веря своим ушам, протянул Глеб Васильевич. – Да как вы смеете?! – Он потянулся к ставшему вдруг ненавистным бюрократу. Окружающие предметы потеряли цвета, сделавшись уныло-серыми, а в голове зашумело. – Да я…

Он хотел сказать, что даже в Америке его работы не подвергаются сомнению, как воздуха стало катастрофически не хватать.

Пол медленно поплыл. Пытаясь удержаться на ногах, Глеб Васильевич шагнул к столу, однако нога его провалилась в пустоту…

После процедур Антон вернулся в номер. Как всегда, Дрона еще не было. Третий день подряд майор приходил намного позже его. Антона это ничуть не беспокоило, даже наоборот – после массажа или бассейна хотелось с полчасика вздремнуть, а с неугомонным Дроном этого сделать невозможно.

Здесь он попал в обожаемую им стихию, веселил медперсонал: рассказывал анекдоты врачам, донимал медсестер и мотал нервы санитаркам, снуя взад-вперед по коридорам лечебного корпуса. Курортно-санаторное лечение для обоих было в тягость, особенно разного рода процедуры. На второй после приезда день их тщательно обследовали. Антон твердо знал, что оба абсолютно здоровы, вернувшись из последней командировки в Африку, они прошли диспансеризацию.