Трилуна. Ведьма Сардагана

 – Но и здесь оставаться опасно. Если духи будут добры ко мне, я в последний раз смогу помочь тебе…

Из полузакрытых глаз ведьмы покатились крупные слезы. Трилуна еще никогда прежде не видела, как плачет бабушка.

– Прости, милостивейшая Адалана, но я не смогу исполнить возложенную на меня миссию. Я подвела …

– Не надо бабуся, не говори так. – Тоже заплакала Трилуна. – Ты ведь спасла мне жизнь, ты вырастила меня.

– Когда я уйду к своим праотцам, ты должна будешь сжечь мое старое тело.

– Нет… нет… – Шептала девочка, в панике обнимая умирающую колдунью.

 – Не оставляй меня. Что мне теперь делать?

– Когда придет время, Адалана и ее духи укажут тебе путь. – Проскрипела Серана и закрыла глаза. Она в последний раз выдохнула и замерла, разжав тонкие, изуродованные артритом, пальцы, сжимавшие маленькую ладошку Трилуны.

Девочка почувствовала дыхание смерти, будто стоявшей за спиной, отчего по телу прошел озноб и по коже забегали неприятные мурашки. Чтобы не закричать на весь лес, она закрыла рот руками и быстро отползла к своей кровати, стоявшей у самого очага.

Нервная дрожь сотрясала ее маленькое тело, и теплое одеяло никак не помогало согреться. Тогда она накрылась с головой и начала молиться, молиться, чтобы эта бесконечная ночь поскорее закончилась и страх, сковавший тело, отпустил ее. Трилуна никогда прежде не видела мертвых людей и ужас, парализовавший мозг, заставил ее сжаться в комочек и раскачиваться из стороны в сторону, жалобно скуля. Она даже и не заметила, как забылась беспокойным сном, в котором хрупкая женщина, представившаяся ей Герой, нежно обнимала ее и укачивала, жалея и утешая.

На следующее утро Трилуна, дрожа от нервного напряжения, выглянула из-под одеяла. Собравшись с силами, она осторожно встала с кровати и подошла к мертвой бабушке. Дотронувшись до впалой морщинистой щеки и ощутив холод, исходивший от тела, девочка в страхе отдернула руку и быстро попятилась к двери, не в силах отвести взгляда от трупа. Только свежий воздух помог прийти в себя и, утерев слезы рукавом старого изношенного платья, она прокричала, глядя в холодное голубое небо:

– Я стану сильной! Я выдержу все испытания, которые ты посылаешь мне! Только не бросай меня одну, помоги, молю тебя, Адалана!

В тот же миг тонкий переливающийся месяц на запястье опалил нежную кожу, и Трилуна с благоговением опустила взгляд на родовой знак – печать Богини.

– Спасибо, – прошептала девочка, нежно поглаживая отметку.