Притворись бабочкой

Стены школы приводят меня в состояние полнейшей апатии, от нахождения здесь не холодно и не жарко. Я по обыкновению выполняю все требования учителей, сдаю работы, общаюсь с одноклассниками – и вроде бы все меня устраивает, но…

– Привет, – здоровается со мной Одри, преграждая дорогу в класс.

Она покрасила кончики в синий цвет и специально выпрямила волосы, чтобы это заметили. Хороший ход. Ее негативная аура давит мне на мозги, и я отхожу чуть дальше, чем ей бы хотелось.

– С утром! – Намеренно пропускаю слово «добрым», потому что не нахожу его подходящим для описания этого момента.

Одри косится на меня. Уверена на сто процентов – она ждет, чтобы я призналась, каковы шансы поменяться. Не хочу ее разочаровывать, но ведь я и сама этого не знаю.

– Поспеши к директору.

После такой наглости с ее стороны, я на секунду задумываюсь, а стоит ли мне вообще с ней меняться? Она не достойна этого, раз так со мной обращается. Готовлюсь ответить на эту дерзость, но меня прерывает звонок на урок.

Поджав губы, я беру рюкзак и непринужденным шагом направляюсь к своей парте. Во втором ряду она третья по счету. Одри, проходя мимо, кидает в мою сторону убийственный взгляд и смахивает с моего стола две тетради с конспектами. Удивительно. Чем больше делаешь для людей, тем меньше они тебя ценят. Жестокая, но правда. На ум приходит сравнение с бабочками: им суждено летать, но легкого касания пламени достаточно, чтобы опалить им крылья. Осознание этого действует угнетающе.

Я потираю переносицу.

«Уважай себя, Джит, иначе никто не будет», – отчетливо слышу у себя в голове уверенный голос Дарена, своего лучшего друга детства. Слова того самого Дарена, который больше никогда не взлетит. В ту же секунду меня словно бьет током. Я вздрагиваю. Если это не знак, то я ничего не смыслю в знаках Вселенной.

Но одно для себя решаю точно: я никуда не пойду. В кои-то веки мне выпал шанс что-то изменить, и я не должна его упустить.

Время близится к семи, пора идти на встречу с возлюбленным Брук. Для нее очень важен сегодняшний вечер. Что бы там ни происходило, мы были и остаемся семьей, и я тоже очень ценю сестру. Не могу потерять еще одного близкого человека, даже мысли такой не допущу.

В который раз смотрю по сторонам, вздыхаю и переминаюсь с ноги на ногу. Любопытно, кто же так очаровал Брук.