Тайна моих снов

Аллиний, окинул меня тяжелым взглядом и криво усмехнулся.

– Что ж, так даже лучше. После того, как выполнишь свою задачу, кроме основной работы по замку, ожидающей тебя, будешь согревать мою постель. Твоя бабка Сора в гробу перевернется, узнав, чьей постельной грелкой ты стала.

От шока и обиды, охвативших после этих слов, не помня себя от бешенства, замахнулась на негодяя, намереваясь отвесить полагающуюся такому случаю пощечину, но Аллиний тут же, без видимых усилий, перехватил тоненькое запястье и прошипел в лицо:

– Не смей больше поднимать на меня руку, Лилианна, иначе я очень осложню твою жизнь в замке, в котором тебя и так ненавидят больше всего на свете!

– Да что я вам всем сделала! – Вскричала, чувствуя, как вновь полились градом бессильные злые слезы.

– Скоро узнаешь. – Вновь повторил заученную фразу этот ненавистный мужчина и, подняв меч с земли, поволок меня в сторону своего отряда.

– Только учти, что я никогда, слышишь, никогда, не стану принадлежать тебе! – Яростно процедила, пытаясь прожечь взглядом дыру в его широкой спине.

– И это говорит та, которая сама первая полезла целоваться? – Жестко рассмеялся воин. – Да если бы ты все это не начала, ни за что не прикоснулся бы к тебе. А теперь уж прости, у меня, как у любого мужчины появился азартный интерес к глупышке, которая одним прикосновением разожгла во мне вожделение.

Аллиний резко остановился, отчего врезалась в него носом, и развернулся, вновь сжав мои дрожавшие плечи.

В его изумрудных глазах плескалась такое неистовое желание, смешанное с безудержной ненавистью, что меня затрясло еще больше.

– Мне все равно, что ты говоришь, Лилианна. Все равно будет так, как сказал я. И я взял бы тебя прямо сейчас, на этой грязной земле, как обычную дворовую девку, если бы не одно но… Твоя девственность пока что слишком ценна для меня. Но только пока…

Он вновь отвернулся, и мы в полнейшем молчании продолжили путь.

Услышав подобные слова, даже не нашлась с ответом, ведь действительно виновата была сама, в том, что первая поцеловала негодяя. Но я же сделала это лишь потому, что он похож на Сагара! Не подумала, чем это может обернуться, следуя дурацким инстинктам! А теперь от обиды сжималось сердце, и болела душа. Радовало одно – в ближайшее время меня никто не тронет, так как должна оставаться невинной.