Приговор подпишем сами

* * *

Антон медленно приближался к развалинам. Из трех поднявшихся с земли и державших над головой руки бандитов один оказался славянской внешности. Один из чеченцев был ранен в ногу. Играя желваками, он держался за плечо своего товарища. Трое остались лежать. Никак не отреагировал на предложение выйти наружу заползший в развалины дома толстяк.

С другой стороны к пленникам выдвигались Туман и Татарин.

Когда до бандитов оставались считаные шаги, русский вдруг резко нагнулся и схватил лежавший на земле автомат.

Однако больше он ничего сделать не успел. Сразу несколько пуль прошили его тело. Охнув, он застыл на боку, неестественно суча ногами. Его дружки вздрогнули и присели. Джин с Шаманом подскочили к оставшимся бандитам, повалили их на землю лицом вниз и стали обыскивать. Стропа и Туман отбежали в разные стороны и заняли позиции с севера и юга от развалин. Никто не мог дать гарантий, что поблизости больше нет боевиков. Звук стрельбы мог переполошить и чеченскую милицию.

Татарин и Банкет осторожно прошли в дом.

Вскоре оттуда послышался шум, и на пороге появился Банкет.

– Что у вас? – Антон посмотрел на него.

– Ранен, без сознания, – Банкет обернулся и снова посмотрел на командира. – Татарин его осматривает.

– Дрон, – позвал Филиппов, – доложи Родимову.

– Борт просить? – доставая трубку спутникового телефона, уточнил майор.

– Погоди, – Антон оглядел высоту, на которой заметил бандитов. – Надо точно убедиться, что больше в окрестностях никого нет. А то взлететь не дадут.

Он отыскал взглядом Тумана. Майор листал отобранную у бандитов записную книжку.

– Туман, – позвал его Антон.

– Я, – майор подошел ближе.

– Пройди с километр по их маршруту, – Филиппов показал взглядом в сторону высоты, на которой они в первый раз заметили бандитов. – С собой возьми Стропу.

– А Гущин? – насторожился Туман.

– Кого я в охранении оставлю? – вопросом на вопрос ответил Антон.

Осыпалась стена. Филиппов развернулся в сторону развалин, приготовившись броситься на помощь оставшемуся там наедине с бандитом Татарину, однако тут же опустил ствол «Винтореза».

Придерживая бородача за талию, доктор подводил его к выходу. Штанина на ноге бандита была обрезана, а колено сияло стерильной повязкой. Перетащив раненого через остатки порога, Татарин опустил его на землю и прислонил спиной к стене.

Тем временем Джин с Шаманом развели пленных в разные части поляны и стали допрашивать.

Антон присел перед бородачом на корточки.