На грани

Приглядевшись, он увидел, что на углу улицы, выходящей на площадь, сидит черный кот. Под неподвижным взглядом кота странное чувство охватило Алекса, оно теснило пустоту в душе и было связано с почти забытым воспоминанием, которое теперь накатило на него, как волна.

Серая Крепость исчезла, он стоял на полу в больничной палате, едва доставая головой до подушек кровати. Откуда-то доносилось ровное попискивание какого-то прибора, его маленькие кулачки сжимали свисавший край простыни. Измученное, бледное лицо матери смотрело на него сверху вниз.

– Не смей плакать! – прошипела она. – Терпеть не могу слабаков!

– Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, мама… – выдавил из себя Алекс сквозь слезы. Боль, отчаяние, растерянность смешались в его маленькой голове. Он приложил руку к горящей щеке.

Ввалившиеся глаза матери были холодны и безжалостны. Она зашлась в кашле, окрасив кровью белый платок.

– Ты – Лейн! На нас смотрит мир! Мы не плачем: эти эмоции – для низших классов.

Воспоминания Алекса были прерваны голосом НПС, больничная палата исчезла, как исчез и кот на углу улицы. Говоривший с ним человек с изумлением смотрел на свою ожившую ногу.

– Сына мне это не вернет, но я хотя бы смогу теперь работать и кормить семью…

Алекс не сразу сообразил, где находится. Сердце бешено колотилось, внутренний голос требовал взять себя в руки.

– Не моя заслуга, сэр, – Алекс склонил голову, пряча лицо. – Я лишь сосуд. Славьте Повелительницу Света.

– Славьте Повелительницу! – произнес мужчина, и толпа, как эхо, повторила за ним.

* * *

Джейсон провел несколько часов в помещении, которое он прозвал Диспетчерской, склонясь над голографическим изображением Сумеречного Трона. Райли давно потеряла интерес к его занятиям и теперь играла в прятки с Пайнтом в коридорах крепости.

Джейсона раздражал ломаный английский, на котором изъяснялся Пайнт, но имп был неисчерпаемым источником информации о меню и системе городского управления. Выяснилось, что прикосновение к проекции здания позволяло увидеть его расходы, обитателей и производственные возможности.

У обелиска был также свой отдельный компьютерный терминал. Джейсон долго исследовал разные меню. Городские ресурсы разделялись на ремесленников и производственные мощности.