Причины отделения

Земля должна об этом знать. Ох, если подать под нужным соусом… Нет, все. Только аппетит разыграется.

Взяв кокотницу с фруктовой запеканкой, Хью опять включил «Минуту в Вашингтоне». Начинался новый выпуск. По экрану привычно заплясали палочки, играла привычная мелодия заставки. Если бы не она, этот каземат окончательно вогнал бы в тревогу и злость. Переливы андской кены и жалобный плач яванского ребаба всегда были для него как бальзам на душу. Даже три громовых удара в барабан тайко не мешали воспоминанию о безмятежных утрах с чашкой хорошего кофе в руках.

Он будто опять встречал рассвет в доме матери или, позднее, в Данстер-Хаусе, старейшем гарвардском общежитии – но не только это наполняло его спокойствием. Сам инструментальный ансамбль вкупе с утонченной музыкой на короткое время словно возвращали в общество учтивых, здравомыслящих людей, где есть место согласию и взаимоуважению.

Но вот голос вернул его с небес на землю. Мелодия заставки давно закончилась, и слово взяла ведущая Мелани Роуз.

– …что, по данным наших источников, оказалось полнейшим фиаско генерала Боннера в борьбе с лунными налоговыми диссидентами, отстаивающими идеи расового превосходства…

Хью подался вперед и зачерпнул полную ложку запеканки.

Неплохое начало. Хью все гадал, почему тему не освещают, для чего такой перерыв, но теперь все ясно: нынешний сюжет всесторонний, на все важные вопросы ответит. Жаль из-за мордоворотов не получилось отправить еще и кадры разрушенного туннеля – это была бы вишенка на торте.

Когда «Минута» несколько недель назад вставила в эфир материал Хью, он чувствовал себя на коне. То был его звездный час. Почту забили письма с поздравлениями, на LiveStatus – под тысячу «респектов». Этот импульс нужно использовать. Пустить славу в оборот, начать раскручивать свое имя.

Куда уж там, в каземате, где он чахнет уже – сколько показывает настенный монитор? – два часа.

Отстой.

Отправив в рот последний кусок запеканки, он поставил кокотницу с ложкой на поднос и откинулся на спинку дивана.

Спустя миг звук в мониторе стих, и раздался механический голос:

– Внимание! Наружная дверь откроется через тридцать секунд. Пожалуйста, будьте одеты.

Хью глянул на себя и стряхнул крошки с футболки – а больше и не пошевелился. Будет еще перед наемными громилами вставать.

Через полминуты дверь открылась. Хью поглядел на охранника снизу-вверх. Тот уныло принялся зачитывать текст с планшета:

– Вы освобождаетесь из изолятора временного содержания.