На острове

Я попыталась дозвониться до родителей Ти Джея, но связи не было. Надеюсь, когда мы прибудем на остров, сигнал снова появится.

– Ну что, Ти Джей, ты готов?

– Да, – ответил он, поднимая рюкзак.

Микроавтобус высадил нас в терминале для авиа-такси. Нас зарегистрировали, и мы вышли на летное поле.

Климат на Мальдивах напоминал парилку в моем тренажерном зале. Лоб и шея тут же покрылись капельками пота. В джинсах и кофте было страшно жарко, я почувствовала, как обволакивает кожу влажный воздух, и пожалела, что не переоделась во что-нибудь полегче.

«Господи, неужели здесь всегда так душно?»

На причале рядом с гидросамолетом, мирно покачивающимся на волнах, стоял служащий аэропорта. Увидев нас, он помахал рукой. Когда мы с Ти Джеем приблизились, он открыл дверь, и мы, пригнувшись, шагнули в гидроплан. Сидевший за штурвалом пилот широко улыбнулся, не переставая жевать чизбургер.

– Привет. Мик. К вашим услугам. – Он наконец дожевал и судорожно сглотнул. – Вы не против, если я доем? Я сегодня еще не обедал.

Пилот выглядел хорошо за пятьдесят, и был таким тучным, что едва помещался в кресле. Он был одет в мешковатые шорты и самую огромную майку-варенку, которую я когда-либо видела, но на ногах – ничего. У него на лбу и верхней губе сверкали капельки пота. Мик закончил с чизбургером и промокнул лицо салфеткой.

– Меня зовут Анна, а это Ти Джей, – протянув ему руку, улыбнулась я. – Конечно, мы не возражаем.

Самолет DHC-6 Twin Otter вмещал десять пассажиров.

В салоне пахло авиационным топливом и плесенью. Ти Джей пристегнул ремень и уставился в иллюминатор. Сев через проход от него, я засунула сумку под сиденье и потерла глаза. Мик запустил двигатель. Из-за шума я не слышала голоса пилота, но по тому, как шевелятся его губы, поняла, что он с кем-то переговаривается по рации. Гидроплан отдалился от причала, разогнался и поднялся в воздух.

Какая досада, что я не могу спать в самолетах! Я всегда завидовала тем, кто отключался сразу после взлета и просыпался, только когда шасси касались посадочной полосы.

Я попыталась хоть немного вздремнуть, но ничего не вышло: солнце светило прямо в лицо, а мой режим дня окончательно сбился. Когда я, сдавшись, открыла глаза, то поймала на себе взгляд Ти Джея. Его выдало выражение лица, а меня – краска на щеках, так что мы оба жутко смутились. Он отвернулся, достал рюкзак, положил его себе под голову и тотчас же уснул.