На острове

«Ти Джей! Господи! Где Ти Джей?!»

Я тут же представила себе, как он уходит под воду, прикованный к креслу, не в силах расстегнуть ремень. Щурясь от ярких лучей солнца и выкрикивая его имя, я принялась лихорадочно оглядываться по сторонам. И именно тогда, когда я уж было решила, что он наверняка утонул, на поверхности показалась его голова. Ти Джей вынырнул, фыркая и отчаянно отплевываясь.

Я поплыла к нему. Во рту стоял металлический привкус крови, а голова, казалось, вот-вот взорвется. Поравнявшись с Ти Джеем, я схватила его за руку и попыталась сказать, что счастлива видеть его рядом, но слова почему-то застревали в горле, и все было как в тумане, который то рассеивался, то снова поглощал меня.

Пытаясь привести меня в чувство, Ти Джей орал во все горло. Я помнила бурные волны, помнила, как опять наглоталась воды – и все. Дальше провал в памяти.

2

Ти Джей

Кругом была морская вода, она попадала в нос, в глаза, заливалась в горло. Было нечем дышать. Ко мне навстречу плыла Анна.

Она пронзительно кричала, визжала и плевалась кровью. Она схватила меня за руку и попыталась что-то сказать, но я ни черта не разобрал. Затем ее голова странно дернулась, и Анна завалилась лицом в воду. Я поднял ей голову, схватив за волосы.

– Анна, очнитесь! Ну очнитесь же!

Волны были такими высокими, что я испугался, как бы ее не унесло течением, а потому просунул правую руку под лямку ее спасательного жилета. Я запрокинул ей голову.

– Анна! Анна!

Господи! Ее глаза оставались закрытыми, она не реагировала на мои вопли, тогда я просунул левую руку под вторую лямку и, откинувшись назад, взвалил ее себе на грудь.

Течением нас отнесло от места катастрофы. Обломки самолета скрылись под водой, и очень скоро уже не осталось никаких следов крушения. Я старался не думать о Мике, который остался сидеть пристегнутым к креслу пилота.

Я плыл, а сердце отчаянно стучало в груди. Вокруг, куда ни глянь, были только перекатывающиеся волны, но я старался сделать так, чтобы наши лица оставались над водой, а еще изо всех сил пытался не поддаваться панике.

«Интересно, узнают ли о том, что самолет разбился? Отслеживали ли наш маршрут по радару?»

Скорее всего, нет – иначе бы кто-нибудь уже пришел нам на помощь.

Небо потемнело, и солнце зашло за горизонт. Анна что-то невнятно пробормотала. Я уж было решил, что она наконец приходит в себя, но ошибся. Тело ее конвульсивно дернулось, и ее вырвало прямо на меня.