Желание

И дело не только в том, что у нас кошмарный препод, но и в том, что каким-то образом я стала частью самого невезучего четырехугольника в истории.

И это еще до того, как мисс Вираго объявляет, что весь этот урок мы будем работать над разными этическими проблемами в группах – а затем ехидно улыбается и говорит:

– И вот еще что. Мисс Фостер, мистер Вега, второй мистер Вега и мистер Монтгомери, вы четверо будете сегодня отвечать первыми.

Глава 19. Печаль любит одиночество

– Неужели ты не мог придержать язык? – говорит Джексон, когда мы четверо сдвигаем наши столы.

– И это говорит ребенок, бросивший в учительницу ручку? – парирует Хадсон.

– Я ее не бросал. Я… – Он замолкает, видимо, поняв, что его оправдания не катят.

– Как ты, Грейс? – Флинт улыбается.

– Хорошо. – Если не считать того, что следующие полтора часа мне придется провести в персональном аду. – А что?

– Ничего. – Он пожимает плечами. – Я просто подумал, что ты…

– Что выгляжу я не очень? – спрашиваю я.

Джексон сердито смотрит на него.

– Она выглядит хорошо.

– Я и не говорил, что это не так, – отвечает Флинт.

– С тобой все в порядке? – тихо спрашивает Хадсон. – У тебя что-то случилось после того, как я ушел?

– Ты провела с ним ночь? – Голос Джексона лишен эмоций, но не глаза, которыми он смотрит на меня.

– Вечер, – говорю я. – Мы провели вечер в…

– Надо же. – Он переводит взгляд на Хадсона.

– Погоди! – вмешиваюсь я. – Никто не играет на моих чувствах…

– Возможно, тебе просто не следовало расстраивать ее, – перебивает меня Хадсон. – Тогда ты бы смог провести с ней всю ночь.

– Вечер! – поправляю его я, видя, как Джексон сжимает опущенный кулак.

– Так как, по-вашему, ко всей этой истории отнесся бы Кант? – встревает Флинт, взмахнув рукой, и смотрит то на Хадсона, то на Джексона, как будто следя за теннисной партией.

– Ты что, обдолбался? – спрашиваю я.

– Да ладно, должен же кто-то заниматься заданием, – парирует он. – Я просто пытаюсь внести свой вклад.

– Усугубляя ситуацию? – Я сердито смотрю на него.

– Пытаясь снова сосредоточиться на философах, которые писали об этике, – отвечает он с таким постным видом, что я удивляюсь – где его нимб?

– Тебе не терпелось пойти к нему? – спрашивает Джексон.