Желание

И поскольку вы с ним уже встречались, возможно, у вас есть шанс убедить его поговорить с вами.

– Кто это? – спрашиваю я, ломая голову. Кого она имеет в виду? Даже Хадсон подался вперед, и видно, что ответ интересует его не меньше, чем меня.

– Ты хочешь сказать, что не знаешь? – Она изгибает бровь. – Неубиваемый Зверь, кто же еще? Некоторые говорят, что поэтому-то его и посадили на цепь… чтобы никто не узнал, куда он спрятал Корону.

– Неубиваемый Зверь? – повторяю я, чувствуя, как быстро бьется мое сердце.

– Я думаю, что он слишком не в себе, чтобы толковать о чем-то, кроме самых простых вещей. А что об этом думаешь ты?

Я думаю о том, что происходило в пещере, и о том, что он говорит со мной, используя только самые короткие фразы. А еще о том, как он пытался отдать мне свое сердце.

– Думаю, он ничего не помнит.

– Тогда у вас есть только один вариант. Вы должны превратить его в человека – он пробыл в ипостаси горгульи так долго, что это, вероятно, свело его с ума.

– Погодите, разве такое возможно? – спрашиваю я, потому что, по-моему, кто-то должен был мне об этом сказать. Что-то вроде «если ты пробудешь горгульей слишком долго, это может произойти и с тобой». Да, мне определенно следовало об этом узнать.

– Для этого должны пройти века, Грейс, – вмешивается Хадсон, впервые за долгое время. – Чтобы такое случилось с тобой, ты должна будешь пробыть в ипостаси горгульи несколько веков.

– Откуда ты знаешь?

– Я изучаю горгулий уже несколько недель. – Он закатывает глаза. – Или ты думаешь, что я допустил бы, чтобы ты выпутывалась сама, если бы оказалось, что что-то в этой истории может причинить тебе вред?

Разумеется, нет. Хадсон, конечно, взбалмошен, но он бы ни за что не допустил, чтобы кому-то из тех, кто ему дорог, пришлось выпутываться из передряг в одиночку.

Я улыбаюсь ему, и на секунду мне кажется, что сейчас я увижу его ответную улыбку.

– И каким же образом мы сможем превратить его в человека?

Она пристально смотрит на Хадсона.

– Вы должны его освободить. Это его цепи не дают ему превратиться в человека. Разбейте их, и он вернет себе человеческое обличье.

– Мы уже пытались их разбить, и у нас ничего не вышло, – говорю я. – Вампир, дракон, ведьма, горгулья… – Я показываю на себя. – Никому из нас не удалось это сделать.