Воительница Лихоземья

Я иду не на смерть. Отец меня выручит. Он меня любит и сумеет убедить совет.

Этим утром воздух необычайно морозный, и у меня по всему телу пробегают мурашки, несмотря на теплые меха. Я замечаю колыхание жесткой травы, разлетающиеся у меня из-под ног камешки и жужжание насекомых, особенно отчетливо разносящееся в утренней тишине. Сестра сжимает мою руку в безмолвной попытке поддержать, пока я иду сквозь глазеющую толпу.

– Неважно, что они думают. Богиня – свидетель произошедшего. Ты попадешь в рай, как и должно быть.

Я не смогу жить счастливо без на-дежды на встречу.

– Спасибо тебе, сестренка.

– Ты постараешься выполнить его во что бы то ни стало, поняла?

– Выполнить что?

– Порученное задание. Каким бы оно ни было. Обещай! Обещай вернуться ко мне!

Она снова готова разрыдаться, поэтому я быстро отвечаю:

– Да, я обещаю. Я постараюсь выполнить испытание.

Я и сама не уверена, были ли эти слова ложью.

* * *

– Расмира Бендраугго, дочь Торлона, подойди.

Уже второй раз отец обращается ко мне подобным образом.

Будто не является упомянутым Торлоном. Должно быть, он просто притворяется. Делает вид, что не держит любимчиков, до объявления маттугра. Я твержу так про себя, чтобы не дать угаснуть последним искрам надежды.

Кажется, вся деревня явилась посмотреть, как меня отправляют в ссылку. Кол, Сигерт, Хавард и Торрин оказываются в передних рядах. Они передают друг другу кулек с семенами мырквы и сплевывают их шелуху на землю, будто собрались поглазеть на одно из актерских представлений.

Почему так тихо? Даже дети не шепчутся в стоящей передо мной полукругом цепочке людей. Не слышно ничего, кроме щелканья этих проклятых семян.

Я делаю шаг вперед и пристально смотрю на отца.

– Расмира… – он запинается и позволяет сорвавшемуся голосу на короткое мгновение выдать его настоящие чувства.

Я совершаю ошибку, посмотрев на стоящую слева от него мать. Она старается спрятать улыбку, но я все вижу. Мать в восторге от всей ситуации.

– Расмира, – делает отец еще одну попытку, – ты – моя дочь. Я сам тебя обучал, как и наставник Беркин. Нельзя делать скидку на то, что ты девушка. Многие женщины в древности проходили подобные испытания, да и ты сама ничем не уступаешь остальным ровесникам. Войдя в лабиринт, ты приняла на себя ответственность, заявила, что готова быть воином. Ты обманула нас. И так как ты – моя дочь, то тебе назначается особая задача.

Я выпрямилась. Вот оно.