Само искушение

Думаете, кроме вас, никто не понимал ценности наших вин? Десять лет назад один толстосум пытался купить нашу фирму. Он тоже обещал нам золотые горы. – Он обещал не только выгодную финансовую сделку, о чем Холли до сих пор больно вспоминать. – Но когда Гус отказал ему, он сделал все, чтобы нас погубить. Он позорил «Вина Перман», угрожая разорвать наши отношения с лучшими клиентами. Мы десять долгих лет восстанавливали нашу репутацию, мистер Четсфилд, а вы беспечно надеетесь, что мы свяжемся с теми, чьи имена чаще мелькают на страницах бульварных, а не финансовых газет? Я так не думаю!

Холли раскраснелась и сжала кулаки, опустив руки вдоль тела.

Ее глаза горели холодным голубым пламенем.

Франко словно только сейчас разглядел ее по-настоящему. Она была великолепна.

Ему хотелось и дальше ее провоцировать и заставить эту серую мышку подольше побыть разъяренной тигрицей, но разум приказывал ему успокоиться. Холли не из тех женщин, к которым он привык.

– Не кажется ли вам странным, что ваш дед не разделяет вашей озабоченности?

Она покачала головой:

– Гус смотрит на ваше предложение сквозь розовые очки.

Его точка зрения искажена. У него романтическое представление о сети отелей «Четсфилд», которое сформировалось в прошлом столетии, когда у отелей была хорошая репутация. Хотя я уважаю мнение своего деда, на этот раз деловое чутье ему отказало.

– Вы так рассуждаете, словно отели «Четсфилд» – это жалкие двухзвездочные гостиницы.

– В самом деле? Считайте как хотите. К сожалению, дедуля не в курсе, как сильно пошатнулась репутация отелей за последние десятилетия.

Он не поспевает за последними сплетнями из бульварной прессы.

– А вы, по-видимому, ее читаете?

Ее глаза сверкали, как ледяные кристаллы.

– Дважды в год я хожу к стоматологу. В ожидании своей очереди к врачу я листаю желтую прессу. Кажется, нет ни одного журнала, в котором не упоминался бы кто-то из клана Четсфилд.

Франко покачал головой, проклиная свою принадлежность к семье, которая погрязла в скандалах.

Если проблема в репутации его семьи, то ему вряд ли удастся уговорить Холли на подписание контракта.

– Вы относились к этой сделке с презрением с самого начала, – произнес он. – И, не желая слушать своего деда, вы и к его пожеланиям отнеслись с презрением.

– Дедуля перестанет разочаровываться, как только прочтет об очередном скандале в клане Четсфилд. Я прослежу, чтобы он о нем вовремя узнал. А потом он обрадуется, что не подписал с вами контракт.