Возвращение Кентавра

Все предварительные эксперименты заканчивались положительно.

Психологов поддержали социологи:

– Никакие биологические эксперименты не смогут сымитировать реальность. Мы просим круглосуточное наблюдение.

– Но, вы не сможете давать им советы – отозвался командир, таково решение Черного Эльфа.

– Для адаптации и внедрения, это очень малый срок, какой-то год по местному времени – огрызнулся психолог.

Навигатор зевнул и перелег набок:

– Мы отслеживаем их по маячкам, не надо усложнять, Черный Эльф подает расчеты миссии каждые сутки.

– Если признать, что это первая большая миссия по проживанию имплантов в чуждой социальной среде, то им все-равно будет трудно, в крайнем случае они могут вернуться – прогудел командир.

– Это чистой воды авантюра – отозвался социолог: – в таком случае мы могли их просто выкинуть на побережье без всякой поддержки.

– Отобраны были лучшие, поэтому будем ожидать результатов – обмолвился командир. Вся команда круглосуточно на связи. Принятые решения менять не будем, только наблюдение.

Команда, не используя антиграв, затопала по каютам.

Командир задумчиво перебирал в памяти знания о разумных существах на Земле. Они пустились в полет, когда он был подростком, добрались до этой планеты, которая оказалась родной сестрой их собственной.

Были потрясены, когда увидели людей. Генетическое сходство и строение тел поражало. Отличие шицухеги от землян было минимальным: смуглая кожа при европейской внешности, общение с помощью ультразвуков более 20 килогерц и приспособленность к атмосфере с большим содержанием кислорода.

– Да поможет нам Черный Эльф – про себя помолился командир. Нам не надо уничтожать своих братьев по разуму, надо просто научиться жить среди них. Ведь шыцухегов осталось меньше ста тысяч.

Томас очнулся в какой-то избушке, сильно сушило и в голове, все кружилось, вокруг было тихо и он решил еще отдохнуть. Раньше даже не мог себе представить, что голова может болеть.

Он вспомнил, как медики и биологи трудились над его способностями, изменили и дополнили ДНК, чтобы он мог лучше дышать, чтобы он слышал звуки ниже двадцати килогерц, чтобы его голос стал грубее, и он мог говорить на местных диалектах. А сколько труда с обучением русскому, и чтобы, он мог различать их речь!

Тошнота не давала покоя, и он вышел из избушки, стошнило, он утерся и шатаясь вернулся к настилу из шкур.