Факультет прикладной магии. Простые вещи

Барон снял с головы старомодный котелок и с укором на меня посмотрел.

– Дядя Клеменс, не хотите ли выпить чаю? – поспешно спросила я.

– Конечно, дорогая. Надеюсь, у тебя есть слуги?

Я кивнула.

– Тогда пусть меня проводят в гостиную, а ты пока приведи себя в порядок.

Когда я вернулась спустя минут двадцать, дядя уже чинно сидел в гостиной и что-то негромко выговаривал Кати. Заметив меня, он поднялся и впервые за нашу встречу улыбнулся.

– Ну вот, другое дело. Ты очень похорошела, София. Жаль, что твои родители не могут тебя увидеть такой.

Я поправила рукава черного траурного платья и опустила глаза, являя собой образец скромной и милой девушки. Это платье было единственным нарядом в моем гардеробе, соответствующим ситуации. Все же траур я носить не собиралась. Маги обычно пренебрегали такими условностями. Но барону знать об этом не полагалось.

– Вы приехали сегодня, дядя?

– Нет, еще вчера вечером, но был так утомлен дорогой, что тут же отошел ко сну.

Столицу барон Гревениц не любил, предпочитая тихо и мирно жить в своем поместье подальше от шумного города и большой политики.

– Что вас привело?

– Мне захотелось проведать свою племянницу. Я понимаю, что ты уже совсем взрослая и… э-э-э…

– Независимая, – подсказала я. В свои двадцать два года я была вольна полностью распоряжаться своей жизнью и имуществом.

– Да, – кивнул барон. – Но ты все же молодая девушка, живущая одна в столице. Меня не может это не беспокоить. Ты ведь еще не обручена?

– Боюсь, нет, – с фальшивым сожалением вздохнула я.

– Что ж, может, это и к лучшему. Не думаю, что твой дед мог подобрать хорошую партию для девушки из благородного рода Гревениц.

– Я Вернер, дядя, – напомнила.

Барон поджал губы.

– Не понимаю, зачем тебе нужно было править документы на это имя. И все же ты моя племянница, и меня не может не беспокоить твоя репутация.

– А что с ней не так?

Барон нервно смял салфетку в руках.

– Мне сообщили, что ты весьма близка с Шефнером, – с неодобрением сказал он.

– С каким из? – не моргнув глазом, спросила я.

Больше всего на свете я ненавидела вмешательство в свои дела и отношения. Чашка в руках барона дрогнула, и горячий напиток едва не пролился на его брюки. Он осторожно поставил ее на стол и недовольно на меня посмотрел.

– Конечно же я имею в виду не юного барона Шефнера, а его дядю. Я позволил твоему деду присматривать за тобой потому, что у тебя магический дар, который нужно было развивать и контролировать.