Пламя надежды

Если он не спит, ничего не получится, если видит кошмар, может не услышать тебя, но если сон нормальный, то пообщаетесь.

У Лунии от волнения дрожали когти. Лучше, конечно, было бы уничтожить магией сразу всех ядожалов, но возможность поговорить с Мечехвостом после такой долгой разлуки – и впрямь невероятное чудо. До сих пор они почти не расставались все пять лет знакомства.

– Мечехвост! – шёпотом позвала она, прикладывая сапфир ко лбу и зажмуриваясь.

Образ друга легко возник перед глазами – таким его видела одна Луния.

Другие замечали только несносный характер, громкие шутки и вечные склоки с учителями в школе и стражниками. Могли ещё разве что оценить его силу и храбрость, но едва ли кто-нибудь различал под этой яркой и шумной оболочкой настоящего Мечехвоста. Подобно ярко-красному листочку, тайному знаку «Хризалиды», скрытому на гобеленах Кокона, истинная его душа могла открыться, лишь если приглядеться и знать, что ищешь.

Мечехвост лучше и быстрее всех понимал, когда Луния рассказывала, что в мире несправедливо, даже если прежде никогда не замечал и не задумывался.

Понимал и тут же начинал возмущаться.

Его воображаемый взгляд, устремлённый на неё, внезапно оживился. Нет, на самом деле!

Три луны! Она и впрямь оказалась где-то там, далеко от рассветного побережья Древних королевств. Темно вокруг, лишь яркий фонарь горит над головой Мечехвоста, застывшего на колонне-постаменте, – крылья развёрнуты, лапы протянуты вперёд.

– Мечехвост! – крикнула Луния.

Вместо ответа он лишь судорожно сжал когти, будто пытаясь дотянуться до неё, но не в силах шевельнуть лапами.

Только теперь она поняла, куда попала – это же Путь нарушителей, сюда отправляют за неподчинение ядожалам, и Мечехвост отбывал здесь наказание уже не раз.

Она шагнула ближе к колонне и нащупала буквы, вырезанные в камне, но когда попыталась их прочитать, текст расплылся перед глазами, как бывает во сне.

– Мечехвост, – улыбнулась она с облегчением, – это всё не на самом деле!

Она обернулась: так и есть, никаких больше колонн с другими узниками, дорожка убегает во тьму, из которой доносится гул, похожий на жужжание пчёл.

Свет над головой Мечехвоста неестественно яркий, а потолка вообще не видно, лишь белый слепящий свет. Не настоящий Путь нарушителей, а лишь условное подобие.

– Слезай, Мечехвост! Зачем ты смотришь такой гадкий сон?

– Так положено, – произнёс он вдруг уныло-рассудительно, совсем не похоже на себя. – Я всегда его вижу.