Поразительное на каждом шагу. Алые сердца

Во всем поместье об этом известно лишь старшему господину, госпоже и мне!

Впрочем, я вспомнила выражение лица восьмого принца, когда тот услышал, что я не умею ездить верхом, и подумала, что, похоже, старший господин и Цяохуэй сильно ошибаются.

Всю ночь я ворочалась с боку на бок. Мне снились бескрайние травяные степи и ржание диких коней в завываниях яростного ветра. Когда я встала с постели, сестра уже читала сутры в семейном храме. Бросив взгляд на крошечную буддийскую часовню, я вспомнила привидевшиеся мне во сне просторы, и на сердце стало тоскливо.

Я взяла с полки книгу сунских цы и пошла во двор.

На небольшом холме располагалась красивая, мастерски украшенная беседка, с трех сторон окруженная зарослями бамбука. С четвертой стороны к ней примыкала крытая галерея, что, изгибаясь, спускалась к самому подножию холма. Я прошла по галерее и поднялась в беседку. Там я села на скамью спиной ко входу, лицом к изумрудной зелени, заложив одну руку за голову, а другой держа книгу с сунскими цы.

Открыв первую попавшуюся страницу, я погрузилась в чтение.

Вновь проехал Чанмэнь, но иным предстает

Этот город во взгляде моем.

Здесь бывали с тобою. Скажи, отчего

Не судьба нам вернуться вдвоем?

Я как дерево сух, не живей мертвеца,

Седина словно иней блестит.

Будто селезень я, что без утки своей

В вышине одиноко парит.

Выжжен солнцем степи, на зеленой траве

Высох жемчуг кристальной росы.

В нашем доме и возле могилы твоей

В тишине провожу я часы…[23 - Стихотворение «Вновь проехал Чанмэнь, но иным предстаёт этот город во взгляде моём» поэта Хэ Чжу (1052–1125 гг.

).]

Я вспомнила о сестре и расчувствовалась, даже не дочитав стихотворение.

Внезапно кто-то выдернул книгу у меня из рук, и веселый голос закричал:

– И чего ты читаешь? К тебе пришли, а ты и не знаешь?

Я вздрогнула от испуга и вскочила с каменной лавки, встретившись взглядом с десятым принцем. Он пришел в восторг оттого, что ему удалось застать меня врасплох, но, увидев на моем лице печаль, а в глазах – слезы, слегка встревожился, и его лицо утратило радостное выражение.

Стоявшие подле него девятый принц и какой-то миловидный юнец четырнадцати или пятнадцати лет также оторопели.

Я согнулась в поклоне, приветствуя их, а заодно стирая с лица эмоции, и, когда вновь подняла голову, оно было вполне равнодушным. Десятый принц все еще стоял столбом, а девятый уже справился с изумлением и представил юнца:

– Это господин четырнадцатый принц.