Поразительное на каждом шагу. Алые сердца. По тонкому льду

– Недостойная не знает, – ответила я после короткого молчания.

Его Величество тихо вздохнул и ласково сказал:

– Ступай.

Озадаченная, я покинула зал. В моей голове эхом отзывались слова императора Канси: «Если в будущем появится необходимость, сумеешь ли ты сама последовать своему совету и, забыв о том, чего не можешь получить, дорожить тем, что у тебя есть?» Что он имел в виду? Что, по его мнению, я не могу получить, а что могу?

Все в том же подавленном состоянии я добрела до наружной галереи.

Посмотрела на окружавшие меня высокие стены, создававшие ощущение тесноты и скованности, а затем, запрокинув голову, – в бескрайние распахнутые небеса, яркие, синие. Казалось, они так близко, протяни руку – и сможешь коснуться. Я зачарованно подняла руку, но ничего не произошло. Только неуловимый ветерок скользнул между пальцами.

– Жоси.

Я отупело взглянула на холодное лицо восьмого принца и долго смотрела так, прежде чем осознала, что он звал меня. Слабо улыбнувшись, я сказала:

– Там нет ничего, кроме ветра.

Восьмой принц встревоженно застыл.

– Жоси, что с тобой? – изумленно спросил четырнадцатый принц.

Не успела я ответить, как вдруг он и восьмой принц поклонились кому-то за моей спиной, и восьмой с улыбкой произнес:

– Четвертый брат еще не покидал дворец?

Обернувшись, я увидела медленно приближающихся к нам четвертого и тринадцатого принцев.

Также с улыбкой поприветствовав восьмого принца, тринадцатый сказал:

– Мы с четвертым братом подумали, что нам следует навестить госпожу супругу Дэ, и после этого сразу вернулись сюда.

Почему же и восьмой брат еще не покидал дворец?

– Я внезапно вспомнил, что Жолань попросила меня кое о чем узнать у Жоси, поэтому задержался, – улыбаясь, отозвался восьмой принц, а затем, переведя взгляд на меня, мягко произнес: – Жоси, чем дальше, тем меньше ты соблюдаешь приличия. Забыла о приветствии?

Я занервничала и, поклонившись четвертому и тринадцатому принцам, сказала:

– Недостойная уже долго стоит здесь, ей следует вернуться на службу.

Согнувшись, я молча ждала, но никто не произносил ни слова. Тогда я умоляюще вскинула глаза на четвертого принца, и тот с каменным лицом махнул рукой:

– Ступай.

И я тут же скрылась за дверью.

Вчера я не спала всю ночь, снова и снова повторяя про себя слова императора Канси. Я осознавала, что неспособна понять их смысл, но ничего не могла с собой поделать и думала, думала, думала.