Поразительное на каждом шагу. Алые сердца. По тонкому льду

Четвертый принц бросил на меня быстрый взгляд, и я тут же закусила губу, сдерживая смех, но спустя какое-то время снова рассмеялась. Не обращая на меня внимания, он продолжал быстро шагать вперед.

Увидев вдалеке одного из евнухов, торопливо подозвала его и с улыбкой велела:

– Немедленно налей чашку чая и принеси, да поскорее.

Евнух умчался. Повернувшись к четвертому принцу, поклонилась и, попросив позволения удалиться, весело сказала:

– Пусть господин немного подождет. Чай, полагаю, принесут очень быстро.

Он, нахмурившись, махнул мне, и я с улыбкой на лице развернулась и ушла.

Вечером перед сном я лежала, снова и снова вспоминала произошедшее и смеялась, а устав хохотать, провалилась в сон. На следующе утро, когда я встала с постели, Юйтань отметила, с улыбкой глядя на меня:

– Давно не видела, чтобы у тебя, сестрица, было столь чудное настроение. Даже глаза – и те смеются.

Издав удивленный возглас, я спросила:

– Правда?

Юйтань закивала.

Я торопливо открыла шкатулку для туалетных принадлежностей и взглянула в зеркальце.

И правда, вот они, морщинки от смеха в уголках глаз. Когда я в последний раз так искренне веселилась? Так давно, что теперь и не вспомню.

Пик лета давно миновал, но жара так и не растопила дурной нрав наследного принца и даже не смягчила его. Напротив, чем дальше, тем больше он нервничал и горячился. Вспоминая о том, что остаток жизни ему суждено провести в темнице, я начинала ему сочувствовать. Затем меня посещала мысль о том, что, не окажись он в темнице, я бы наверняка стала его женой.

Если бы мне дали выбирать, выйти за него замуж или посадить его за решетку, я бы без раздумий выбрала второе. А значит, мое сочувствие было фальшивым. Люди вспоминают о сочувствии лишь тогда, когда у них самих все в порядке.

Император Канси с супругами, принцами и их женами, а также молодыми гэгэ собрались в зале Верховной гармонии на торжестве по случаю Праздника середины осени. Прислуживающие евнухи и придворные дамы хлопотали, пока те, кто был свободен от службы, пили вино, собравшись вместе, и наслаждались праздником.

Неся в руке короб с едой, я сначала хотела вернуться к себе, но затем вдруг передумала. «В саду Юйхуаюань, – подумалось мне, – сейчас наверняка никого нет, и там как раз распустились цветы на нескольких деревьях османтуса. Чем сидеть одной у себя в комнате, не лучше ли пойти туда и пить вино, любуясь луной и цветами?»

Сад Юйхуаюань и правда был тих и безмятежен.