Наш потусторонний дом

В такие моменты наплывала ужасная тоска, ведь я так много должен был ей сказать! Сказать, как я люблю её, как благодарен за всё, за те счастливые моменты, когда мы были вместе, за то, что она ждала, когда я был далеко… я так редко говорил, как сильно я её люблю… люблю…

И снова этот голос, который говорил, что я вернусь домой, пытается успокоить, говорит, что она знает, как я её люблю, что я потом ей расскажу об этом, что всё будет хорошо, что меня ждут… Я даже понял, что это говорит не человек, слишком спокойно льются его слова, словно песня, и даже вроде музыка звучит, тихо, вдалеке, вроде как зовет…

А потом наступил покой, все куда-то ушло, темнота и тишина.

Но из темноты вдруг начали появляться лица родных, друзей, тех, кто уже умер. Полупрозрачные, они говорили, беззвучно шевеля губами, улыбались, словно рассказывали что-то хорошее, излучая такое добро, что и я почувствовал спокойствие, пытался разговаривать с ними, и хоть сам не слышал своего голоса, казалось, что они меня понимают.

Не знаю сколько я пребывал в таком состоянии, то проваливаясь в беспамятство, то приходя, как мне казалось, в сознание, но вот наконец я почувствовал, что я слышу и вижу окружающих, я полностью очнулся. Сидящая рядом Адель заметив это схватила меня за руку, но ничего не могла сказать, появившиеся на её щеках слезы видимо не давали ей это сделать. Тогда я попытался утешить, её, успокоить, сказать, как я счастлив, что она со мной, хотел немного приподняться, но вдруг резкая боль пронзила все тело, в голове вспыхнуло, и я увидел вся эту сцену как бы со стороны.

Вот я лежу на постели, с открытыми глазами, рядом Адель, смотрит на меня, стол, свеча, дверь, темное окно, все замерло, и вдруг крик, даже не крик, а стон, вой, не знаю, как это назвать, но моя любимая начала меня трясти, потом упала мне на грудь и зарыдала. Наконец до меня дошло – я умер…

2. Я стал духом, и мне это понравилось

Как-то странно смотреть на свою смерть, странно, но не страшно.

Ну умер, но я-то этого не чувствую, мне не больно, не тяжело, скорее даже легко, свободно, я все вижу и слышу, вижу, как в комнату вбежали люди, слышу, как успокаивают Адель, поднимают, пытаются ее вывести, она не хочет уходить, рвется ко мне, нет, к моему телу, я ей говорю, что я здесь, рядом, но она меня не слышит, меня никто не слышит.

Какая-то женщина закрыла мне глаза, но я все равно все видел.