Новый человек на старой планете

Я, ошеломленный, потерявший дар речи, стоял рядом с буфетом, с дверцы которого смотрела на меня юная, веселая Мэрилин.

– Не верю, – произнесла старуха, – все равно не верю. Я слышала, что «ньюмэны» могут поменять внешность. Но, не до такой же степени. Ты, такой молодой красавец, высокий, стройный, Жан Даулет.

– Да, эта я, Жан Даулет.

– Ну, тогда, тогда, хоть скажи, кто были в том лицее? Подружку мою, помнишь, Инессу.

– Инессу Бертран…?

– Да. Неужели, ты…?

Вопрос старухи повис в воздухе, она ошеломленная, с открытым ртом, удивленно смотрела на меня.

Мне не хотелось разговаривать с этой несчастной старой женщиной. Она была вовсе не Мэрилин, а какая-то чужая, неприятная особа, от которой мне хотелось поскорее избавится.

– А, в лицее ты был, таким невзрачным, таким противным. Я, особенно ненавидела твой маслянистый взгляд. А, сейчас ты… ты похож, – старуха, остановилась, на полуслове, она вдруг увидела себя в зеркале.

Что она подумала, не знаю. Я хотел попрощаться и уйти.

Но, не знал, как это делать. Ноги у меня как будто срослись с землей. И, я молчал.

– А, потом, помнишь в Париже? Ты уже был писателем, поэтом, работал в университете. Я даже в одно время собралась выйти замуж за тебя, – засмеялась старуха.

– Простите, до свидания, мэм, прощайте, – сказал я, собравшись духом. – можете меня не провожать.

Я развернулся, и молча вышел. Я был потрясен, это был невероятный шок.

Ведь для меня она была образом любви, неземной божественной сущностью.

Даже 27 летний Мэрилин, которую я встретил в Париже, не разрушила тот чистый, непорочный юный образ любви, которая жила в моей душе всегда. Она в Париже, хотя являлась много видавшей, опытной женщиной, но, была все также ослепительна, красива, обворожительна! Была настоящей светской львицей, которая как, только появившись в обществе, обращала на себя внимание всех присутствующих.

И, под конец видеть ее в таком жалком виде, это выше моих сил…

Я, наверное, вел себя неподобающим образом.

Мэрилин слабым голосом произнесла за мной:

– Куда, ты? Жан Даулет, не уходи. Я же с тобой поговорить толком не успела, я, могла бы угостить тебя чаем, у меня есть, где то заварка.

Я побрел дальше, «Почему она не подверглась акту трансформации? – думал я. – Ведь красивее чем она, на земле девушки не было».

Чуть позже, я встретил двух «ньюмэнов» на противоположной стороне улицы. Мы обменивались, тревожными, недоверчивыми взглядами.