Туркужин

Уже перед сном Адам срезал несколько лоз, взял семена подсолнуха, уложил в бездонный кошель драгоценные безделицы, изготовленные руками Евы, пояс Сеппо, еще кое-что, и проверил готовность детей…

Казалось, проходить дремучий лес легко – война и потери словно подготовили семейство к дальнему походу. Однако в середине пути чаща стала невыносимо густой и нестерпимо темной. Вместе с санями и альпами затерялись, растворились во мраке даже самые широкие и прямые тропы. В сгустившейся темноте, отодвигая нависающие ветви руками, молодежь спокойно, как учил Адам, и молча, чтобы сберечь силы, двигалась вперед.

Каждый знал – помощи ждать неоткуда.

Когда наступила кромешная тьма, дети и Адам окончательно потеряли друг друга из виду. Тогда-то и случилось так называемое чудо – сердца путников, одно за другим, раскрылись так, что каждый безошибочно знал, куда сделать следующий шаг…

На подступах к Стене огня, семейство вновь воссоединилось. Устроили привал. Оставался самый сложный участок пути.

Стена огня протяженностью от одного края острова до другого, поднималась до Верхних миров. Нашим путешественникам предстояло узнать ширину стены и ответить на вопрос: можно ли ее пройти, используя горную гряду, образовавшуюся из поверженных пинтов?

Горная гряда была много короче Стены огня. Она извивалась как змея, пересекая Стену то с севера, то с юга.

В гряде путники нашли не только пещеры, но и тоннели. Адам предположил, что по одному из тоннелей Золотой Ян в свое время прошел к Яне, но где искать тот тоннель?

После нескольких попыток наши герои оставили поиски тоннеля Золотого Яна, но решили перейти в Южное Княжество, пробивая тоннель самостоятельно.

Как решили, так и сделали.

Мы не знаем, как долго пробивалась семья к новым местам – двадцать, тридцать лет или больше, – только на земли жителей Южного Княжества – нартов – Адам, Дин, Дан, Соня, Роза и Давид вышли все вместе.

Но те ли это люди, что вошли в Стену с севера? Действительно ли это наши герои, или кто-то другой вышел из Стены огня с юга?

Их и не узнать: яркие, цветастые одежды потемнели, а сами герои будто загорели.

Пропитавшаяся бронзовыми переливами пламени кожа стала смуглой, белокурые волосы приобрели оттенки от золотисто-каштанового до угольно-черного. Только глаза остались прежними: у кого голубые, у кого зеленые, серые, карие и, конечно, черные…

Прошли Адам с детьми и горную гряду, и Стену огня, и не пожалели.