Потеряв меня, ты падёшь

– Отстань от него, – дернул ее за руку, пытаясь увести подальше от ненужных зрителей, но она вырвалась и снова зашагала к обидчикам.

– И какие вы после этого друзья?! – произнесла Джульетта, хмуро оглядывая парней, пока я понемногу начинал выходить из себя.

– Эй, малышка, твой братец немного не в себе, за что, собственно говоря, и получил, – непринужденно ответил Роман, выйдя вперед.

Похоже, эти слова пришлись Джульетте не по душе, и она побагровела от возмущения.

– Когда человек злится, не означает, что он не в себе.

На самом деле, мой брат хороший! – излишне громко произнесла сестра, выставив меня на всеобщее посмешище. Лучше бы она так не считала, ведь я точно знаю, что подведу ее. А когда Джульетта разочаруется во мне, будет больно нам обоим.

– Прекрати нести эту чушь и свали уже отсюда! – указав на выход, обратился к сестре. По ее щекам тут же покатились свежие слезы, а пухлые губы сжались в тонкую линию.

Она должна держаться подальше от меня. Подальше от моего прошлого и, тем более, будущего.

Там нет места для нее, как и для меня самого.

К моему большому сожалению, эта зараза не ушла, а вернулась к Элизе и зарыдала пуще прежнего, уткнувшись лицом ей в грудь.

– Я тебе что сказал? – кричал на Джульетту, подходя ближе к диванам.

Тут мое внимание отвлек звон лифта, откуда вышел запыхавшийся Дмитрий, и рванул в нашу сторону. Заметив его, сестра побежала к нему навстречу и бросилась в его объятия.

– Теперь каждая, кого я обижу, будет бежать к этому придурку? – сказал достаточно громко, чтобы слышала и Элиза.

Меня до сих пор коробило от мысли о ней с Димой.

Парень тоже понял, что я имею в виду, и, надеюсь, он будет помнить, как сильно меня бесит.

Все это время я боялся взглянуть на Элизу и даже не представляю, о чем она сейчас думает. Она так и не проронила ни единого слова. Но все же шелохнулась и поднялась на ноги, когда я уже думал свалить отсюда подальше.

– Неужели, ты думаешь, что кто-то захочет быть с тобой рядом? – произнесла она едва слышно, чтобы услышать мог только я.

От ее ледяного голоса замерз бы и ад. – И знаешь что, я ни о чем не жалею.

– Да что ты! – притворился удивленным и шагнул к ней ближе. – Так скажи мне, пожалуйста, он помог тебе забыть меня, или же его член оказался недостаточно хорош?

В ее глазах сверкнули молнии, и тишину прорвала звонкая пощечина, окрасившая алым цветом мою вторую щеку. Затем она молча удалилась, оставив меня наедине со своими мыслями.