Свадебный переполох в Великом Краале Кумбу

Вокруг стали скапливаться любопытствующие зеваки, за последние дни привыкшие к схваткам с участием Шимпи. Нынешний противник выглядел крепким, а потому они рассчитывали на более продолжительное, чем обычно, зрелище. По толпе тем временем поползли шепотки:

– Белый как снег!..

– Ба! Да это же арьян!..– что дополнительно подогревало интерес.

Шимпи яростно взревел, и, красуясь, неистово заколотил себя кулаками в грудь. Он развернулся левым боком, оттянувшись корпусом и перенеся вес тела на дальнюю ногу. Раскрытую ладонь передней руки он вытянул в сторону противника, а кулак правой перевернув большим пальцем вниз, поднял к виску.

В легких плавных движениях чернолюда читалась сноровка умелого и опытного бойца. Его поза напоминала стрелка натянувшего лук или воина нацеливающего острие меча над краем вражеского щита для укола в заключичную ямку. Эта стойка позволяла молниеносно сокращать и разрывать дистанцию. По всему было видно, что Шимпи готовит один единственный, решающий исход схватки сокрушительный удар.

Арьян же, словно лесоруб, занесший топор, стоял почти фронтально, подсев на широко расставленных ногах. Опустив подбородок на грудь и, закрывая голову руками, он и исподлобья следил за чернолюдом. Белый походил на прочно укоренившийся баобаб и, одновременно, на старого буйвола, изготовившегося поддеть льва на рога.

Чернокожий мелкими шажками сближался с противником, обходя его против часовой стрелки. Передняя рука непрестанно плясала в воздухе, отвлекая внимание, прощупывая, создавая угрозу, а занесенная для удара дальняя чуть подрагивала в такт гневно раздувавшимся ноздрям, словно скорпионье жало, выцеливая уязвимое место.

Зрители, затаив дыхание, пристально следили за мельчайшими движениями бойцов, опасаясь проморгать решающий момент. В воцарившейся на площади, наэлектроризованной до предела тишине, казалось, потрескивали искры. Напряжение сгустилось настолько, что осязаемо давило.

И тут у Шимпи сдали нервы. Черным леопардом он бросился к арьяну, ложно обозначая атаку левой рукой в живот, и тут же хлестко, словно камень из пращи, послал в цель правый кулак.

Удар достиг головы светлолюда, вот только тот, резко подавшись навстречу, вместо челюсти подставил лоб. Кость оглушительно хрустнула и ветвистые, раскаленные молнии пронзили руку Шимпи до самого плеча.

Истошный вопль готов был уже вырваться из его глотки, но в тот же миг арьян, мощным движением землекопа, вгоняющего лопату в кучу песка, вбил левый кулак ему в печень.