Черная маска. Избранные рассказы о Раффлсе

Нет нужды описывать так называемую Золотую Комнату, могу только сказать, что я был немало разочарован. Золотые изделия родом из мест, о которых мы читали лишь в классической литературе, были выстроены в ряд, спрятанные за стеклом. Каждое изделие представляло собой уникальный образец ювелирного искусства прошедших веков, но с профессиональной точки зрения проще было взломать одно лишь окно в Вест-Энде, чем каждый замок на стеклянных шкафах с произведениями искусства из Этрурии и Древней Греции. Золото может быть не столь мягким, как кажется – кто откусывает по кусочку от ложек, быстро останется без зубов.

При работе над этими сокровищами золота использовали мало. На их красоту мне было наплевать, не носить же их мне. Но главным разочарованием стал, пожалуй, кубок, о котором говорил Раффлс. Более того, он тоже понял это.

– Да он же не толще листа бумаги, – сказал он, – и расписан эмалью, как пожилая светская дама! Но, клянусь Юпитером, этот кубок одна из самых красивых вещей, которые я видел в своей жизни, Банни.

Я бы хотел владеть им просто ради его красоты!

Кубок, заключённый в квадратный стеклянный ящик, находился в конце комнаты. Поражённый Раффлс неотрывно разглядывал его. Возможно, эта вещь действительно была прекрасна, но я совершенно не был настроен рассматривать её в таком свете. Под изделием красовалась табличка с именами плутократов, которые подарили нации эту безделушку. Глядя на табличку, я размышлял о том, кому достались 8000 фунтов стерлингов за неё, пока Раффлс пожирал глазами свою двухпенсовую брошюру, изучая её, как прилежная школьница, одержимая искусством.

– На нём изображены сцены мученичества Святой Агнессы, – читал он – полупрозрачная эмаль на рельефе… одно из самых значимых изделий своей категории. Да, я вполне согласен с этим! Банни, эх ты, обыватель, почему ты не можешь восхититься таким совершенством? Такой красоте нужно соответствовать! До этого никогда ещё не было такого мастерства нанесения эмали на столь тонкое золото. И как хорошо они придумали, подвесить крышку над кубком, чтобы можно было видеть, насколько она тонкая.

Мне вот интересно – сможем ли мы подцепить эту крышку крюком?

– А вы попробуйте, сэр, – сухо произнёс голос за нашими спинами.

Сошедший с ума Раффлс решил, что мы одни в этой комнате. Я мог бы догадаться, что эта комната охраняется, но, как такой же сумасшедший, позволил ему рассуждать вслух. Перед нами стоял бесстрастный констебль в летней форме, со свистком, но без дубинки на боку.