Ассегай

Сначала он намылил жесткую щетину мягким мылом, потом взбил пену и наконец, заточив лезвие, вручил бритву Леону. Пока лейтенант брился, Ишмаэль стоял перед ним, держа в руках маленькое зеркальце.

– Ну как я теперь выгляжу? – поинтересовался Леон, когда слуга снял с его плеч простыню.

– Ваша красота ослепит гурий рая, – торжественно заявил Ишмаэль, пробуя воду одним пальцем. – Готова.

Леон стащил с себя провонявшие лохмотья, швырнул их в дальний угол и, подойдя к ванне, со вздохом наслаждения опустился в горячую воду.

Поскольку ванна была невелика, сидеть в ней приходилось, поджав колени. Ишмаэль, собрав грязную одежду, удалился, но дверь оставил открытой. Через минуту в комнату, даже не постучав, ввалился Бобби Сэмпсон.

– Творение красоты – радость на века, – с ухмылкой изрек он.

Высоченный, немного нескладный, но дружелюбный и приветливый Бобби был всего лишь на год старше Леона. Самые младшие офицеры в полку, они сошлись с первых дней знакомства, хотя в основе завязавшейся дружбы лежал прежде всего инстинкт выживания.

Скрепила дружбу совместная покупка у одного индуса, владельца небольшой кофейной плантации, ветхого, битого-перебитого автомобиля «воксхолл». За старичка пришлось выложить три фунта и десять шиллингов – едва ли не все их объединенные накопления. Приложив немало стараний, работая допоздна, они восстановили его почти в прежнем блеске.

Едва войдя, Бобби плюхнулся на кровать, заложил руки за голову, скрестил ноги и с минуту разглядывал геккона, который висел теперь у него над головой.

– Ну что, старичок, похоже, ты все-таки вляпался в неприятности. Что? Наверное, уже знаешь, что Фредди Лягушонок намерен предъявить тебе кучу обвинений. Мне случайно удалось заполучить список. Что? – Бобби сунул руку в карман мундира, вытащил какие-то смятые бумажки и, разгладив их на груди, помахал перед Леоном. – Тут есть весьма любопытные детали. Признаюсь, твоя испорченность производит сильное впечатление.

Плохо то, что мне приказано тебя защищать. Что?

– Ради бога, Бобби, прекрати. Твое «что» жутко меня бесит.

Бобби изобразил раскаяние:

– Извини, старик. Признаюсь, понятия не имею, что со всем этим делать.

– Ты идиот.

– Согласен, но с этим ничего не поделаешь. Мама уронила меня в детстве головой на пол. Что? Не знал? Ладно, давай к делу. Как по-твоему, что я должен говорить?

– Ты должен ошеломить судей остроумием и эрудицией.