Глаз тигра. Не буди дьявола

По порядку следования «Танцующая» оказалась в авангарде и резво шла вперед закусившей удила породистой кобылкой, а в полумиле за кормой, надрывая «эллисоны» в попытке не отстать, тащился неуклюжий патрульный катер. Мы направлялись к Дедам и Артиллерийскому рифу.

Я единолично правил «Танцующей», стоя на штурманском мостике у штурвала, а за спиной у меня расположились Питер Дейли и вооруженный матрос Сулеймана Дады.

В каюте под нами Чабби и Анджело по-прежнему сидели на скамье, а трое охранников с автоматами следили за тем, чтобы мои товарищи не двигались с места.

В разграбленном камбузе не осталось припасов, а посему никто не завтракал и даже не пил кофе.

Когда нас захватили в плен, меня обуяло парализующее отчаяние, но теперь оно отступило, и я лихорадочно искал выход из лабиринта нынешней ловушки.

Я понимал, что, если показать Дейли и Сулейману Даде пролом в Артиллерийском рифе, они или обследуют его и ничего не найдут – что скорее всего, ведь что бы ни поднял там Джимми, теперь этот предмет покоился в брезентовом свертке у острова Большой Чайки, – или, наоборот, обнаружат что-то новенькое.

В обоих случаях меня ждут неприятности: в первом Дейли с превеликим удовольствием подключит меня к электросистеме, чтобы я разговорился, а во втором мое присутствие сделается избыточным, и человек десять бравых матросов готовы будут драться между собой за почетную роль палача. Мне не очень понравилось упоминание о мотыжных черенках: казнь обещала быть весьма неприглядной.

Но шансы на побег казались призрачными.

Хотя патрульный катер находился в полумиле от нас, его трехфунтовка держала «Танцующую» на прочном поводке. К тому же на борту у нас оставался Дейли с четырьмя делегатами от банды головорезов Дады.

Я закурил первую за день чируту, и сигара оказала на меня самое чудотворное действие. Почти сразу я увидел игольное ушко света в конце длинного и сумрачного тоннеля. Подумал на эту тему чуть дольше, легонько попыхивая дымом черного табака, и пришел к выводу, что попробовать стоит.

Но для начала надо переговорить с Чабби.

– Дейли, – бросил я через плечо. – Ведите сюда Чабби, пусть встанет у штурвала. Мне надо вниз.

– Зачем? – с подозрением осведомился он. – Что вы собираетесь там делать?

– Скажем так: то, что обычно делаю каждое утро, и никто другой не способен сделать это вместо меня. Если заставите объяснять, я покраснею.

– Вам бы, Флетчер, на сцене паясничать. Ваши хохмы меня доконают.

– Хм, а это мысль.