Муссон

Том заранее тщательно подбирал слова и даже мысленно порепетировал. «Семья» и «долг» – эти понятия являлись для Хэла святыми. И теперь он отреагировал именно так, как надеялся Том. Отложив в сторону заряженный пистолет, он встал и подошел к иллюминатору.

Какое-то время он стоял там, сложив руки за спиной и глядя на берег. Наконец заговорил:

– Возможно, ты и прав, Том. Ты уже достаточно взрослый и знаешь, как постоять за себя в схватке.

Он снова повернулся к братьям.

Том взволновался, его лицо сияло.

– Спасибо, отец.

Дориан весь напрягся от ожидания, он смотрел на губы отца, надеясь, что с них слетят нужные слова.

– Но ты – нет, Дориан. Ты еще слишком молод. – Хэл постарался смягчить удар улыбкой. – Мы пока что не хотим тебя терять.

Дориан как будто стал меньше от отказа. На его глазах выступили слезы. Том резко толкнул его и зашипел углом рта:

– Не реви! Не будь младенцем!

Дориан взял себя в руки и огромным усилием подавил слезы.

– Я не младенец. – Он выпрямился с гордым и трагическим видом.

«До чего же красивый мальчик», – подумал Хэл, глядя на сына.

Кожу Дориана позолотило тропическое солнце, на его локоны сквозь иллюминатор падал солнечный луч, и они поблескивали, как медные спиральные нити.

Хэла в который уже раз поразило сходство мальчика с матерью. Он почувствовал, как его решительность слабеет.

– Я не маленький! Дай мне шанс доказать это, отец, прошу!

– Хорошо. – Хэл не смог устоять, хотя и понимал, насколько это неразумно.

 – Ты можешь ехать с нами.

Лицо Дориана вспыхнуло радостью, и Хэл поспешил уточнить:

– Но только до берега. Будешь ждать нас там вместе с Элом Уилсоном и командой баркаса.

И он вскинул руку, предупреждая все возражения:

– Всё! Никаких споров! Том, иди к Большому Дэниелу и скажи, чтобы выдал тебе пистолет и абордажную саблю.

Они сели в баркас за час до захода солнца. Отряд, которому предстояла высадка на берег, насчитывал всего четыре человека: Хэл, Эболи, Дэниел Фишер и Том.

У каждого имелась коробка с трутницей и потайной фонарь. Под темными просмоленными плащами они прятали абордажные сабли и пистолеты. Эболи к тому же привязал к поясу большой сложенный кожаный мешок.

Как только они спустились в лодку, Эл Уилсон отдал приказ работать веслами. Баркас рванулся к берегу. На его носу и корме стояли фальконеты – маленькие, но смертоносные ручные пушки, заряженные крупной картечью. На палубе между ногами гребцов лежали сабли и пики.