Муссон

Вечерами он иногда снимал со своих библиотечных полок карты и часами сидел над ними, читая заметки, которые делал на них два десятилетия назад, изучая синие холмы Африки, белые песчаные пляжи и могучие реки…

Однажды, совсем недавно, он проснулся среди ночи, потный и растерянный. Сон оказался очень ярким и живым, в нем происходили те самые трагические события… Она снова была рядом, его милая золотистая девушка, ставшая его первой настоящей любовью. И она снова лежала на его руках, умирая.

– Сакиина, любовь моя, я умру вместе с тобой…

Хэл чувствовал, как его сердце вновь разбивается, когда он произносил эти слова.

– Нет…

Ее нежный голос слабел.

– Нет, ты будешь жить. Я шла рядом с тобой столько, сколько мне было позволено. Но для тебя судьба приготовила нечто особенное. Ты будешь жить дальше. У тебя родится много сильных сыновей, чьи потомки будут процветать на землях Африки и завоюют ее…

Хэл закрыл глаза ладонью и наклонил голову, как в молитве, на случай, если вдруг кто-нибудь заметит в них блеск слез.

Немного погодя он снова открыл глаза и посмотрел на сыновей, которых Сакиина предсказала ему много лет назад.

Том был ближе всех к нему по духу и плоти; крупный и сильный для своего возраста, он обладал глазами и руками воина. Неугомонность жила в его характере, у него легко вызывало скуку однообразие или любое дело, которое требовало долгого серьезного сосредоточения. Том не имел склонности к кропотливой учебе, но и не страдал слабостью ума или отсутствием хитрости.

Внешне он был приятен, хотя и не красавец, потому что имел слишком крупные нос и рот, но его лицо отличалось сильными, решительными чертами и крепким подбородком. Импульсивный и иногда порывистый, почти бесстрашный, Том часто проявлял дерзость себе же во вред. Синяки на его лице уже поблекли, став желтыми и кое-где пурпурными. Для Тома было весьма характерно бросаться на кого-то намного старше и намного сильнее, не думая о последствиях.

Хэл уже знал причину стычки в лесу за церковью: Уильям рассказал ему о Мэри, кухонной девице, и та, горестно рыдая, несвязно призналась Хэлу во всем.

– Я честная девушка, сэр, видит Бог! Я ничего не украла, зря он меня оговаривает! Мы просто немножко развлеклись, только и всего! А потом приехал мастер Уильям, вошел в церковь и стал мне говорить разные дурные слова, а потом избил меня…

Заливаясь слезами, она задрала юбку, чтобы показать Хэлу длинные красные полосы на бедрах.