Муссон

Он был обычным незнатным человеком, пусть и высшего ранга, но при следующем шаге вверх по лестнице он мог оказаться среди знати и в палате лордов.

– Это вы двое умеете жестко торговаться, милорд. И я просто не в силах больше сопротивляться ни вашим уговорам, ни своему долгу.

Он взял свой бокал и поднял его, а две важные персоны последовали его примеру.

– Попутного ветра и удачи! – произнес Хэл в качестве тоста.

– Чистого золота и славы! – нашел кое-что получше Хайд, и они осушили бокалы.

Когда их поставили обратно на стол, Хайд промокнул губы салфеткой и спросил:

– Вы ведь еще не представлены ко двору, сэр?

Хэл отрицательно качнул головой, и Хайд продолжил:

– Раз уж вы в ближайшее время станете одним из пэров, мы должны об этом позаботиться до того, как вы покинете Лондон.

В эту пятницу, в два часа дня, король устраивает небольшой прием в Сент-Джеймсском дворце, перед тем как отплывет в Ирландию. Я пришлю за вами человека, он вас проводит во дворец.

* * *

Уилсон оказался настоящим сюрпризом.

Судя по имени, Хэл ожидал увидеть дюжего английского моряка, говорящего с йоркширским или сомерсетским акцентом. По просьбе Хэла Чайлдс освободил моряка оттуда, где его держали, и прислал к Хэлу на постоялый двор. И теперь он стоял посреди салона в номере Хэла и мял в красивых смуглых руках свою шапку.

– Ты англичанин? – строго осведомился Хэл.

Уилсон уважительно коснулся клока густых темных волос, падавших ему на лоб.

– Мой отец родился в Бристоле, капитан.

– Но не твоя мать? – предположил Хэл.

– Она была из Индии, мусульманка из Моголов, сэр…

Уилсон был даже смуглее собственного сына Хэла, Уильяма, и так же красив.

– Ты говоришь на ее языке, Уилсон?

– Да, сэр, и пишу. Моя мать имела высокое происхождение, прошу прощения, сэр.

– Тогда ты и по-английски можешь писать?

Хэлу нравилось то, как выглядит этот человек, и, если история его побега от Джангири была правдой, он и в самом деле обладал немалой находчивостью и умом.

– Да, сэр.

Хэл не скрывал удивления. Мало кто из моряков владел грамотой. Он задумчиво рассматривал Уилсона.

– Ты говоришь еще на каком-нибудь языке?

– Только на арабском. – Уилсон скромно пожал плечами.

– Все лучше и лучше…

Хэл улыбнулся и перешел на арабский, чтобы проверить Уилсона. Сам он научился арабскому у своей первой жены, Юдифи, и отточил свои знания за время многих путешествий вдоль берегов Африки и Аравии.