Охота за слоновой костью

 – Может, стоит подождать другого раза?

– Белый человек уезжает сегодня днем, – холодно ответил Чэнгун. – И потом, тебе уже хорошо заплатили. Сейчас план нельзя изменить. Остальные уже едут сюда, и развернуть их обратно невозможно.

– Нам заплатили только половину обещанного, – возразил Гомо.

– Вторую получите, когда работа будет сделана, не раньше, – негромко сказал Чэнгун, и глаза Гомо стали точь-в-точь змеиные. – Ты знаешь, что должен сделать.

Гомо помолчал. Иностранец заплатил ему тысячу американских долларов.

Это его полугодовой заработок. И пообещал еще годовую зарплату, когда работа будет выполнена.

– Ну так? – настаивал Чэнгун.

– Да, – ответил Гомо, – сделаю.

Чэнгун кивнул.

– Сегодня или завтра ночью, не позже. Будьте готовы, оба.

– Непременно, – пообещал Гомо, сел в «лендровер», где уже сидел второй черный лесничий, и они уехали.

Чэнгун вернулся в рондавель в опустевшем лагере для туристов.

Дом был точно такой же, как остальные тридцать; обычно в прохладное время года все эти дома занимали туристы.

Чэнгун достал из холодильника питье и сел на затянутое проволочной сеткой крыльцо, переждать самый жаркий час.

Он тревожился. В глубине души он разделял дурные предчувствия Гомо относительно проекта. Хотя они постарались предвидеть все возможные неожиданности и подготовиться к ним, всегда бывает непредвиденное вроде появления Армстронга.

Впервые он взялся за дело такого масштаба. По собственному почину. Конечно, отец знал о других его предприятиях и одобрял небольшие поставки, но на этот раз риск гораздо выше – пропорционально добыче.

Если получится, он завоюет уважение отца, а это для него важнее материальных приобретений.

Он младший сын, и ему приходится прилагать гораздо больше усилий, чтобы отвоевать себе место рядом с отцом. Хотя бы только по этой причине он не может потерпеть поражение.

За годы, проведенные в посольстве в Хараре, он упрочил свое положение в незаконной торговле слоновой костью и носорожьим рогом.

Все началось с обманчиво небрежного замечания одного из правительственных чиновников среднего уровня об удобстве дипломатических привилегий и доступе к дипломатической курьерской службе. Воспринявший от отца деловую сметку Чэнгун немедленно распознал стремление подойти к нему, понял, что это сулит.

Последовала неделя осторожных переговоров, и Чэнгуна пригласили поиграть в гольф с одним из более высоких чинов.