На краю света

Его взгляд нашел башни дворца Мемнона на дальнем берегу, но маг удержался от соблазна спуститься по склону, пересечь заливные поля и пройти через одни из ста ворот Фив. Долг повелевал ему находиться рядом с Деметером, а не мчаться сломя голову вперед. Он присел на корточки и позволил себе посмаковать картины возвращения и встречи с теми, кто был ему так дорог.

Фараон и его царица Минтака испытывали к Таите привязанность, обычно предназначаемую для старших членов семьи. В ответ он питал к обоим беззаветную любовь, которая оставалась такой же глубокой, хотя они давно вышли из детского возраста.

Отец Нефера, фараон Тамос, был убит, когда Нефер из-за слишком юного возраста еще не мог унаследовать трон Верхнего и Нижнего Египта. Поэтому был назначен регент. Таита состоял учителем при Тамосе, и подразумевалось, что сын фараона тоже будет находиться под его опекой до совершеннолетия. Таита занимался формальным образованием мальчика, тренировал его как воина и колесничего, наставлял в искусстве ведения войны и руководства армиями. Маг знакомил будущего фараона с обязанностями монарха, задачами государственной политики и дипломатии. Он делал из него мужчину. За эти годы между ними образовалась связь, не разорвавшаяся до сих пор.

По склону тянул ветер, достаточно свежий, чтобы заставить мага поежиться. В эти жаркие месяцы такой холод не соответствовал сезону. Таита мигом насторожился. Подобное похолодание зачастую предвещало вмешательство оккультных сил. Предупреждения Деметера эхом зазвучали у него в ушах.

Он сидел неподвижно и обыскивал эфир. И ничего зловещего не обнаружил. Маг повернулся к Дымке, которая была почти так же восприимчива к сверхъестественному, как он сам. Кобыла оставалась спокойной и расслабленной. Удовлетворившись, Таита встал и подобрал поводья, чтобы залезть на лошадь и поехать к каравану. Мерен наверняка уже распорядился вставать на привал и разбивать лагерь. Таите хотелось переговорить с Деметером, пока его не сморил сон. Он не все еще почерпнул из сокровищницы опыта и мудрости старца.

Как раз в это мгновение Дымка тихонько всхрапнула и навострила уши, но явных признаков тревоги не выказала. Таита заметил, что взгляд ее устремлен вниз по склону, и посмотрел в ту сторону.

Сначала он ничего не увидел. Но, доверяя своей кобыле, стал вслушиваться в тишину ночи. И наконец разглядел неясное шевеление у самого подножия спуска. Вскоре все замерло, и он уже решил, что ошибся, но лошадь по-прежнему держалась настороже.