На краю света

Кое-кто утверждает, что у этого болота вовсе нет конца и оно тянется, необъятное и непроходимое, до самых пределов земли.

– Тогда будем надеяться, что жрецы храма Хатор снабдят нас сведениями, которые позволят строить дальнейшие предположения. Когда они обещали передать тебе результаты своих разысканий?

– Верховная жрица просила меня вернуться через десять дней, – напомнил спутнику Таита.

Деметер отдернул занавес паланкина и посмотрел в сторону гор:

– Мы сейчас недалеко от храма. Поедем-ка туда, попросим у настоятельницы приюта на ночь.

А завтра проведем время с тамошними картографами и географами.

– Если фараон призовет меня к себе, то его слуги не сумеют разыскать меня, – возразил Таита. – Позволь мне увидеться с ним, прежде чем мы снова покинем дворец.

– Остановите отряд здесь, – обратился Деметер к Габари. – Остановите немедленно, говорю я вам! – Потом он повернулся к Таите. – Я не хочу пугать тебя, но знаю, что мое пребывание с тобой подходит к концу. Меня обуревают кошмары и дурные предчувствия.

Вопреки твоим и Мерена стараниям защитить меня, колдунья вскоре преуспеет в своем желании разделаться со мной. Мне остались считаные дни.

Таита воззрился на него. С самого утра, когда он увидел угрожающую ауру Соэ, его преследовали те же предчувствия. Приблизившись к паланкину, он вгляделся в морщинистое старое лицо. И с болью убедился, что Деметер прав: смерть подобралась к нему совсем близко. Глаза сделались совсем бесцветными и почти прозрачными, но в глубине их мелькали черные тени, похожие на силуэты рыщущих акул.

– Ты тоже это видишь, – проговорил Деметер глухим, ровным голосом.

Ответ был излишним. Вместо этого Таита оглянулся и окликнул Габари:

– Поверни колонну. Мы едем в храм Хатор.

От храма их отделяло чуть больше лиги. Некоторое время они ехали в молчании, которое наконец нарушил Деметер:

– Без моего древнего, бессильного тела ты сможешь путешествовать быстрее.

– Ты слишком суров к себе, – укорил старца Таита. – Без твоей помощи и твоих советов мы не добрались бы сюда.

– Хотел бы я оставаться рядом с тобой до конца охоты и видеть тот миг, когда дичь окажется поймана. Но этому не суждено случиться. – Он снова помолчал немного. – Как поступить с Соэ? Для тебя открыт лишь один путь: если фараон узнает, что Соэ околдовал Минтаку и вложил ей в ум предательские мысли, он велит страже схватить пророка, и ты сможешь допросить его с пристрастием. Говорят, что тюремщики в Фивах большие мастера своего дела.