Падение с небес

И главный кассир там свой, член нашей партии.

– Я заплачу вам за жилье, – сказал Марк.

– Конечно заплатишь, – снова усмехнулся Фергюс и до краев наполнил свой стакан пивом. – Как здорово все-таки снова встретиться с тобой, сынок! – он поднял свой стакан. – Передайте всем: Макдональд и Андерс снова вместе, пусть знают эти ублюдки, что мы идем!

Он припал к стакану и большими глотками принялся поглощать пиво, острый кадык на горле так и ходил вверх и вниз. Выпив до дна, тыльной стороной ладони вытер с верхней губы пену.

Полковой капеллан называл это «грех Онана», но у нижних чинов на этот счет имелись другие словечки: «дрючить бревно» или «навестить миссис Хэнд с ее пятью дочерьми». Капеллан предостерегал их от страшных последствий этого греха: грешнику грозили потеря зрения, облысение, трясущиеся или вовсе парализованные руки и, наконец, сумасшедший дом. Марк лежал в крохотной комнатушке на узенькой железной кровати и невидящим взглядом смотрел на полинявшие обои с розочками.

Здесь стоял затхлый воздух, пахло плесенью, как и в любом давно не открывавшемся помещении; у дальней стенки на железной стойке висел умывальник с эмалированной раковиной. С потолка на плетеном проводе свисала единственная электрическая лампочка без абажура, и белая штукатурка вокруг нее была засижена мухами. Даже сейчас три вялые мухи оцепенело сидели на проводе. Марк стал смотреть на них, пытаясь избавиться от изводящего искушения.

В коридоре послышались легкие шаги и замерли как раз напротив его двери.

Послышался тихий стук.

– Марк…

Он быстро сел на кровати, и единственное тоненькое одеяло сползло до пояса.

– Можно войти? – снова раздался голос.

– Да, – прохрипел он, и дверь отворилась.

К кровати подошла Хелена. На ней была легкая, спереди застегнутая на пуговицы ночная рубашка из розовой лоснящейся материи. При каждом шаге подол откидывался, и в щели мелькала белая и гладкая кожа ног выше колена.

В руке Хелена держала тоненькую книжицу.

– Я обещала дать тебе почитать, – сказала она, протягивая книгу. – Держи, Марк.

На обложке стояло название: «Коммунистический манифест». Марк открыл книжку на первой попавшейся странице. И склонил голову к тексту, чтобы скрыть смущение, в которое повергло его столь близкое присутствие женщины.

– Спасибо, Хелена, – промямлил он.

Марку хотелось, чтобы она поскорее ушла, и в то же самое время он надеялся, что она останется.