Тени Солнца

 – Зачем нам туда ехать?

– Затем, – терпеливо стал объяснять Брюс, – что население Порт-Реприва уже три месяца отрезано от остального мира. Там женщины и дети. У них кончается еда и другие предметы первой необходимости. – Брюс закурил сигарету и, выпустив дым, продолжил: – Район в кольце бунтующих балуба, которые без разбора жгут, насилуют и убивают. На город они еще не нападали, но за этим дело не станет. Ходят слухи, что мятежные отряды гарнизона центрального Конго и некоторые из наших частей объединились в банды хорошо вооруженных партизан – шуфта.

Они зверствуют в северных районах. Никто точно не знает, что там делается. Мы должны вывезти мирных жителей в безопасное место.

– А почему ООН не вышлет самолет? – спросил Андрэ.

– Нет посадочной полосы.

– А вертолет?

– Не долетит.

– Вот пусть эти ублюдки там и остаются. Я туда не полезу, – проворчал Уолли. – Если балуба хочется человечинки, кто мы такие, чтобы отвлекать их от еды? Есть все хотят. И пусть едят. Только не меня.

Он поставил ногу на спину Андрэ и с силой выпрямил, столкнув бельгийца с кровати. Тот упал на колени.

– Иди найди мне красотку.

– Там никого нет, Уолли. Я тебе лучше налью еще виски.

Андрэ встал и потянулся за пустым стаканом, но Хендри перехватил его руку.

– Я сказал «красотку», а не «виски».

– Я не знаю, где их искать, Уолли, – отчаянно запротестовал Андрэ. – Я не знаю, что им говорить.

– Тупой ты парень. А если я тебе руку сломаю? – Уолли стал медленно выкручивать ему запястье.

 – Ты же не хуже меня знаешь, что внизу в баре их полно. Ведь знаешь же?

– Но что мне им сказать? – Андрэ скорчился от боли.

– Черт тебя подери, безмозглый лягушатник! Просто махни им купюрой, и даже рта раскрывать не придется.

– Уолли, больно же!

– Да что ты? Шутишь.

Уолли улыбнулся, продолжая выкручивать руку. Он смотрел мутным пьяным взглядом и явно получал удовольствие.

– Так ты пойдешь, приятель? Решай: или приводишь мне красотку, или я ломаю тебе руку.

– Хорошо, если ты так хочешь, я пойду. Пожалуйста, пусти, я пойду, – простонал Андрэ.

– Вот и славно.

Уолли выпустил бельгийца, и тот выпрямился, потирая руку.

– Смотри, чтоб была чистая и не старая. Слышишь?

– Да, Уолли. Я найду.

На лице Андрэ застыла страдальческая гримаса – и не только из-за физической боли. Он направился к двери.

«Что за интересные существа, – подумал Брюс, – и я один из них, но все равно не с ними.