Цирк семьи Пайло

fish – рыба, boy – мальчик.], куратор шоу уродов.

– Это мой друг Джейми, – представил Стив. – Джейми, это Фишбой. По его словам, он может дышать под водой.

– Рад познакомиться, Джейми, – произнес Фишбой. Голос у него был высокий, словно он надышался гелия. В его учтивости сквозило что-то отталкивающее. – Надеюсь, наши экспонаты понравятся вам так же, как и Стиву. Через пятнадцать минут выступит Йети, пожиратель стекла. Гарантирую вам, что это самое жуткое и кровавое представление во всем цирке!

– Да, дружище, нам надо увидеть поедание стекла, – согласился Стив.

Джейми покачал головой.

– До скорой встречи, – сказал он.

– Почему? Ты куда собрался?

– Да куда угодно. Господи! Может, подожду представления клоунов.

– О да, – просвистел Фишбой. – Представление клоунов, возможно, главная изюминка всего нашего цирка. Прошу вас, не стесняйтесь и оставьте запись в гостевой книге на выходе.

Джейми, весь съежившись, отвел взгляд от чрезвычайно учтивой улыбки с акульими зубами.

Ему стало бы гораздо легче, если бы Фишбой зарычал на них или защелкал челюстями. Он попятился к выходу из шатра, стараясь не смотреть на витрины со стонущими и шипящими экспонатами. Стив за ним не пошел.

Когда он снова вдохнул теплого ночного воздуха, его приподнятое настроение сменилось болезненностью и головокружением. Его одолевали легкая тошнота и дурные предчувствия. «Похоже, я сильно вля…» Но эту мысль так и не дали закончить.

И… он решил, что так ему больше нравится.

* * *

К этому времени у гигантских шатров собрались толпы народу. У всех был слегка озабоченный вид, люди беспокойно оглядывались, словно вновь и вновь проверяя, тут ли они на самом деле.

Перед шатром побольше красовалась афиша:

ВЫЗОВ СМЕРТИ РЭНДОЛЬФА,

АКРОБАТИЧЕСКАЯ ФЕЕРИЯ ВЫСОКОГО ПОЛЕТА

Перед вторым шатром висела доска с надписью мелом:

СНОГСШИБАТЕЛЬНОЕ КЛОУНСКОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ГОНКО – ЗАХОДИТЕ ПОСМЕЯТЬСЯ

Джейми пристально глядел на доску.

Гонко… Откуда ему известно это имя? Он почти что его вспомнил, но тут, по какому-то сигналу, который он не уловил, толпа начала толкаться и повалила в шатры. В людях было что-то отрешенное, словно в застигнутых бурей заблудших душах, укрывшихся в единственном увиденном ими убежище. Шатер акробатов, хотя и был больше, заполнился первым.